PRoAtom

(Всего: 0)
от на 19/03/2026

Как 40 лет тому назад в НИИАР учили считать нейтронную дозу при работе с плутонием, америцием, кюрием, калифорнием. Все эти актиниды – нейтронные источники, грубо - миниатюрные ядерные реакторы.
Согласно НРБ-76/87, коэффициент качества нейтронов с энергией 0,1-10 МэВ равен 10. Биофизический смысл коэффициента качества – для нейтронов эффективная доза больше поглощенной дозы в 10 раз.
Например, у вас работает гипотетический ядерный реактор на мощности 30 Вт, или эквивалентный по потоку быстрых нейтронов мощный источник с 20 мг Cf-252. Источник имеет эффективный теплоотвод, эффективную защиту от гамма-бета, и нулевую защиту от нейтронов.
5 МэВ из 200 МэВ – энергия нейтронов, это 2,5%.
В приведенном примере мощность нейтронного потока 0,75 Вт (но так как нейтроны в 10 раз опаснее фотонного излучения, эффективная мощность дозы нейтронного потока 7,5 Вт). Каждую секунду в сферу 4π выделяется нейтронная энергия 0,75 Дж/сек.
Если человек весом 75 кг находится в 1 м от реактора, то его площадь примерно одна десятая от полной сферы вокруг точечного источника. Мощность нейтронного источника, действующего на такого человека 0,075 Дж/сек. Консервативно считаем, что вся энергия нейтронов поглощается в теле человека, делим на 75 кг и получаем Мощность поглощенной дозы 0,001 Грэй/сек. Соответственно, для реакторных нейтронов Мощность Эффективной Дозы больше на коэффициент качества 10. МЭД = 0,01 Зв/сек.
Выкурили сигаретку рядом с реактором – и человеки превращаются в хибакуся.
В 50 метрах нейтронная доза будет в 50*50 раз меньше. 4 мкЗв/сек. 14,4 мЗв/час, или ~1,44 БЭР/час. С учетом мгновенного гамма-излучения и тормозного (рентгеновского) от бета-излучения, имеющего выход 5% c коэффициентом качества 1, суммарная МЭД будет на 20% больше, ~1,8 БЭР/час. Это консервативно. Реально меньше на величину самопоглощения и поглощения материалами конструкции.
При этом советская годовая для персонала 5 БЭР/год, при ликвидации последствий аварии в ЧАЭС – до 15 БЭР.
С 2000 года, по НРБ-99, доза считается более сложно, но более точно, и с применением дорогостоящих приборов. Без компьютера посчитать сложно. Нужно измерить спектр нейтронов, и каждую фракцию умножить на взвешивающий коэффициент. Предельно допустимая годовая была снижена до 20 мЗв, или 2 БЭР.
ИМХО – лучшее – враг хорошего. Старый расчет «на пальцах» имеет реальную точность в пределах погрешности лучших дозиметрических приборов, плюс-минус 30%. Практически каждый инженер-технолог просчитывал дозы самостоятельно, индивидуального контроля нейтронной дозы не было, а дозиметрия не делилась информацией с персоналом.
ИДК для работающих с МОКС – это кассета ДВГН-01 (розового цвета). Практика ХТО НИИАР по изготовлению около сотни ТВС с МОКС для старта БН-800 в 2014, показывает, что ~90% дозы при работе с плутонием дает нейтрон, и ~10% гамма. Мои многие коллеги преждевременно ушли на тот свет в том числе и потому, что допуски на радиационно-опасные работы составлялись без учета нейтронной дозы. Предприятие экономило на индивидуальных дозиметрах. В 2015 ДВГ-01 стоил 7 тыр, ДВГН-01 стоил 77 тыр. Для коллектива 40 человек экономия 2,8 млн., когда Калина стоила 0,3 млн.
Собственно, Сергей Макарович оказался за воротами НИИАР именно потому, что решил объяснить коллегам, что при работе с МОКС нужно носить «розовые» дозиметры. Был «не понят», то есть его работа по установлению реальных доз персонала (в том числе и Сергей Макаровича) была расценена как раскрывающая криминальную деятельность руководства. Корешки допусков на радиационно-опасные работы по закону должны храниться 50 лет, чтобы будущие поколения могли получить реальную статистику продолжительности жизни персонала, получающего повышенные дозы облучения. Но доступ к этим документам перекрыт.
Сергей Макарович