proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
Журналы Атомная стратегия 2022 год
  Агентство  ПРоАтом. 25 лет с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС
Вышло в свет второе издание двухтомника Б.И.Нигматулина. Подробнее
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия» и сайта proatom.ru. E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
Время и Судьбы

[05/07/2018]     К врачу идут за надеждой

Статья подготовлена к IV Петербургскому международному онкологическому форуму 5-8 июля 2018 г.

Г.Г.Хубулава, д.ф.н., Санкт-Петербургский государственный университет

Обращение к врачу – превращение из больного в пациента – это начало нашего сражения за самого себя. Болезнь, лишающая пациента определенных качеств, необходимых для проживания полноценной жизни, является не только медицинской, но и социокультурной категорией. Она накладывает отпечаток на все стороны жизни пациента и осложняет его существование.



Пациент зачастую испытывает страх, недоверие и вместе с тем благоговение перед таинственной фигурой врача. Врач обязан сохранить как целостность и достоинство личности любого пациента, так и свою целостность и достоинство в попытках помочь пациенту преодолеть болезнь или облегчить его страдания. Коммуникация врача и пациента находится в зависимости не только от компетентности врача, уровня развития медицины, характера заболевания и обстоятельств болезни, но и от уровня личной культуры врача и пациента, их собственных убеждений, от социального контекста взаимоотношений и даже от социально-политической ситуации.

Когда пациентом становится сам врач, его взаимоотношения с коллегами усложняются: не утратив профессиональных знаний, он оказывается среди тех, кто подчиняется назначенным процедурам. При этом врач знает, что никто из его коллег не гарантирован от чувства неуверенности, заблуждений и ошибок, и каждый может быть подвержен общим для всех людей эмоциям и реакциям.

Идея ценности человеческой жизни призывает врача на каждом этапе взаимоотношений с пациентом видеть в нем личность, нуждающуюся в его помощи и поддержке для продолжения и сохранения полноценного существования, необходимого как самому больному и его окружению, так и обществу в целом. При этом врач ответственен не только перед пациентом, но и перед обществом. То есть врач является одним из столпов, на котором общество держится.

Отношения врача и пациента традиционно характеризуются как директивные, как отношения власть имущего и подчиненного. Властный статус врача вызывает в пациенте «страх и трепет». Больной воспринимает врача как человека, в силах которого, говоря словами Священного Писания, продлить или сократить число его дней. В нескончаемом потоке больных, поделенном на время и количество коек, врач иногда вынужден отдавать предпочтение кому-то одному. Он делает этический выбор, который можно было бы назвать искусственным отбором. Более того, врач не всегда может предсказать последствия даже рутинной манипуляции. Поэтому, возлагая на себя ответственность за чужую жизнь, врач отвечает и за смерть больного.

Взаимоотношения пациента и врача делают каждого из них «другим» по отношению друг к другу. Целью коммуникации с этим «другим» является исцеление – возвращение нашей целостности. Ответ­ственность врача за неверный шаг невероятно высока, однако наказание не всегда должно ставить крест на праве врача исполнять свой долг. Каждая врачебная ошибка должна быть подвергнута тщательному анализу во врачебном коллективе, дабы сделан­ные выводы могли лечь в основу последующего опыта. При общении с врачом врач в глазах пациента предстает не просто его помощником и посредником в деле исцеления, но и как человек, который тоже может и болеть, и ошибаться. При антропологическом подходе ценностный фокус видения проблемы пациента со стороны врача выходит из рамок тривиального «случая из практики», пациент становится для него неповторимой личностью.

Между врачом и пациентом возможно возникновение конфликтной ситуации из-за несовпадения ожиданий пациента с реальностью. Поводом может послужить неправильное представление о должном поведении медицинского персонала, проведении процедур, назначении препаратов или предвзятым отношением пациента к медицинской службе в целом или к отдельному врачу в частности. Нельзя игнорировать и знакомые каждому врачу случаи навязчивого стремления к вниманию к себе со стороны «мнимых больных». Но мы должны быть благодарны хотя бы за стремление нам помочь. Иногда врач вообще ничего не может сделать, когда ситуация уже терминальная, близкая к границе жизни и смерти. Но и в этом случае не должно быть безразличия.

Медицина, как общегуманитарная наука, – это наука о человеке. Если отношение к человеку, как к высокоорганизованному животному, смерть которого означает смерть мозга, потому что мозг и сознание тождественны в классической физиологии, то все этические рассуждения о коммуникации пациента и врача теряют почву под собой. Процесс исцеления в данном случае превращается в починку живого механизма, которому угрожает развитие научно-технического прогресса. Межличностные отношения врача и пациента, сопряженные со многими трудностями, возможны только при отношении к человеку, как бессмертной душе, которая обладает сложной организацией. Медицина – это не только наука о болезнях, но и о душе и духе.

 

Эволюция медицины

Понятия болезни, здоровья и исцеления являются не просто следствием эволюции медицины, но и производным цивилизации и культуры. Традиционно проблема коммуникации врача и пациента рассматривается на примере патерналисткой, партнерской и механистической моделей. Первая из них предполагает «отданность» пациента в руки врача и абсолютное доверие к его знаниям и навыкам. Вторая оставляет за пациентом право личного выбора при исполнении рекомендаций врача и предполагает сотрудничество между врачом и пациентом в их общем деле – борьбе с болезнью. Механистическая коммуникативная модель представляет пациента в качестве биомеханизма, а врача в качестве устраняющего поломку механика.

Первыми врачами были шаманы, изгонявшие дух болезни из человека. Античная и средневековая медицина характеризовала врача не как человека, владеющего специфическим ремеслом, но как своего рода жреца, объединяющего и подчиняющего идее спасения человека все искусства и науки. Во времена христианства врач становится исцелителем от болезни и смерти. Образ врача стал сопричастен к смерти и воскресению Спасителя. Значительный вклад в развитие современной медицины, анатомии внесла эпоха Возрождения. Она провозгласила человека венцом творения, уделив максимальное внимание человеческой телесности.

 

От­ветственность медиков за врачебные ошибки

Известно, что законодательство, регламентирующее от­ветственность медиков за врачебные ошибки, появилось еще в глубокой древности. Одним из наиболее известных законодательных актов, дошедших до нас, является вы­сеченный на камне Свод законов Хаммурапи. В нем от­ветственности за врачебную ошибку отведено три пара­графа.

Во времена древних культов врач отождествляется с образом жреца или шамана, повелевающего злым духом болезни, вселяющейся в человека.

В соответствии с принципами естественного права, вавилонский врач нес наказание, адекватное вреду, нанесен­ному вследствие ошибки: пил вредное снадобье, лишался конечности и т. п. В Древней Греции врачебное мастерство ценилось очень высоко, поэтому медики за ошибки освобождались от ответственности, если больной умирал «против воли врачующего».

В истории Древней Руси врачевание приравнивалось к волхованию и чародейству. Поэтому за врачебные ошибки врач нес ответственность как за умышленное преступление.

Этический феномен врачебной ошибки с точ­ки зрения понятия ценности человеческой жизни, предполагающего отношение к человеку как разумно­му существу, которому необходима абсолютная полнота физического, социального и личностного бытия, переводит вза­имоотношения врача и больного в «скользкую» пло­скость, где под вопросом оказывается ценность жизни обоих субъектов взаимоотношений. Страдает и репутация врача в профессиональном сообществе, и его отношение к самому себе как к человеку, допустившему промах. Под угрозой может оказаться и физический аспект ценности жизни врача в случае угроз со сторо­ны пациента или его близких, страдающих в результате врачебной ошибки. Ни один профессионал своего дела не может быть застрахован от ошибки, но так сложилось, что именно врач имеет право на подобную роскошь в меньшей степени, чем другие. Анатолий Петрович Зильбер, извест­ный советский врач-анестезиолог, считал профессионалом того, «кто знает все о типичных ошиб­ках в своей области и потому достаточно опытен, чтобы устоять от их совершения».

Традиционно отношения врача и пациента характеризуются как директивные, как отношения власть имущего и подчиненного. Властный статус врача вызывает в пациенте «страх и трепет». Больной воспринимает врача как человека, в силах которого, говоря словами Священного Писания, продлить или сократить число его дней. В нескончаемом потоке больных, поделенном на время и количество коек, врач иногда вынужден отдавать предпочтение кому-то одному. Он делает этический выбор, который можно было бы назвать искусственным отбором. Более того, врач не всегда может предсказать последствия даже рутинной медицинской манипуляции. Поэтому, возлагая на себя ответственность за чужую жизнь, врач отвечает и за смерть больного.

В современной европейской традиции тема коммуникации врача и пациента вписываются в классические концепции «врач – пациент» по принципу отношений родителя и ребенка (пациент, испытывающий нужду в помощи и исцелении, воспринимает врача как ответственную родительскую личность, которому больной, выздоровев, должен соответствовать) и модель взаимоотношений «надзиратель-заключенный». В первом случае больной перекладывает на знающего врача заботу о своём здоровье, но при этом испытывает страх перед врачебным знанием и той властью, которой врач обладает не столько над его болезнью, сколько над его беззащитной личностью.

В модели взаимоотношений «надзиратель-заключенный», связываемой с именем М. Фуко, пациент становится заложником как болезни, так и системы здравоохранения, воспринимающей пациента не как личность с индивидуальными потребностями и жизненным опытом, а как «случай из практики», когда врач изучает больного как объект и «оттачивает личное мастерство», обращаясь к технологически и экономически обусловленным средствам диагностики, фармакологии и терапии.

 Врачеватели превращаются в современное закрытое сообщество с собственным этическим кодексом, предполагающим отношение к пациенту не как к личности, но как к частному медицинскому случаю. Сегодня происходит новая революция – рождается гуманистическая медицина; одновременно стоит вопрос о ее коммерциализации. Благодаря развитию медицинских технологий возникают новые морально-этические проблемы.


Врач знающий и увещевающий

Появление приспособлений и устройств в медицине связано с отношением к человеку, как биомашине, процессы в которой происходят по законам биомеханики независимо от желаний человека. Технические, автоматические средства диагностики и поддержания жиз­неспособности пациента, к которым прибегает современ­ный врач, с одной стороны, безусловно, позволяют не только проводить ряд сложнейших манипу­ляций, но и облегчить и даже спасти жизнь пациенту в условиях, прежде не оставлявших ему никакой надежды. «Основная польза технологической медицинской революции – это более высокая рентабельность лечебно-диагностического процесса, охват огромного количества здоровых и больных людей профилактическими, диагно­стическими и лечебными мерами. В конечном счёте, эф­фективность, рационализм и экономичность медицины от этого возрастают».

С другой стороны, излишний «технизм», механицизм, внедренный в лечебный процесс, может не способствовать приобретению врачом нового опыта и росту его личного авторитета в глазах больного, увеличивая дистанцию меж­ду взаимозависимыми врачом и пациентом. Излишнее доверие механизму как посреднику между врачом и пациентом влечет за собой не только оптимизацию, унификацию процесса диагностики и лечения, не только создание новых методов лечения, но и неизбежное отстранение врача от процесса оказания помощи. Жизнь больного, превращенного в физиологический механизм, теряет свою уникальную ценность.

Технический прогресс позволяет делать многие вещи быстро, например, малоинвазивные хирургические вмешательства, но он же отдаляет врача и пациента. «Одна из главных обязанностей врача-госпиталиста – контроль комфортности больного, то есть проблемы, не относящиеся к технологии специализированного отделения, в котором больной не находит человека – врача или сестру, заинтересованных в личности больного, а не в его синдроме! Да и как реализовать личностный контакт – для этого ведь надо разговаривать, а всю соматику можно измерить и зафиксировать точными приборами!». Имен­но дефицит «личностного контакта», рискующий превратиться в дефицит клинического опыта, может стать причиной ложного шага со стороны врача. Владимир Иванович Даль, военный врач и писатель, сообщает, что русское слово «врач» происходит от слова «врати» – «говорить». Осно­вой врачевания, как и любой социальной науки, является умение врача «успокоить, выслушать и убедить пациента в справедливости своих доводов», в том, что страждущий находится в надежных руках и тут уж воис­тину «мы в ответе за тех, кого приручили». Своеобразным контрапунктом русскому «врач» является средневековый европейский термин «доктор», восходящий к латинским корням docere – «учить» и discere – «учить, изучать».

«Врач» увещевающий обязан быть и «доктором», изучающим, знающим. Так же, как «знающий» должен уметь убеждать. В этой двойственности врачеб­ной природы и открывается одна из первичных про­блем деонтологии в медицине: сочетание врачом необхо­димых знаний и навыков с обязательными для его нелег­кого труда личностными качествами: чуткостью, внимани­ем, отзывчивостью, терпением, усердием.

Действия, доведенные до «автоматизма», часто  считаются признаком врачебного профессионализ­ма. Однако излишнее доверие автомату нередко вручает судьбу врача и его пациента опасной случайности. Крайняя опасность врачебной ошибки отнюдь не означает, что риску не место в работе врача. Медицина – это поиск, и ради открытия новых путей борьбы с болезнью врач обязан идти на риск. Медицинская практика является крайне рациональным полем деятельности. Но бывает, что самого большого опыта и виртуозного умения недо­статочно для решения острой проблемы. Нередко можно услышать о невероятной инту­иции того или иного специалиста.

Общество потребления, к сожалению, выводит медицину из сферы искусства и особого ремесла в сферу оказания услуг. Пациент при этом полностью снимает с себя ответственность, потому что он купил собственное здоровье, и сам человек превратился в товар. Подобная ситуация унижает и врача, и пациента, способствует ещё большему отчуждению, непониманию в их отношениях. В условиях отчуждения можно вылечить болезнь, но крайне трудно оказаться целителем, изучить человека. Такая цель достижима, если врач и пациент относятся друг  к другу как живым людям.

 

Информированное партнерство врача и пациента

Философская антропология помогает медицине перейти от традиционной патерналистской модели к новой модели медицинской этики и деонтологии – модели «информированного партнерства» врача и пациента. Современный врач не имеет права забывать, что на клинической койке лежит не организм, а человек. Врач должен учитывать не только состояние его сомы, но и психические, личностные и индивидуальные характеристики. То же можно сказать и о проблеме постановки диагноза, который включает в себя анализ гносеологических проблем диагностики, исследование субъективных и объективных причин диагностических ошибок, учет социально-культурной «подоплеки» болезни. Проблемы коммуникации врача и пациента необходимо рассматривать сквозь призму ценности человеческой жизни.

Какими бы чудесными ни были современные средства медицины, врач может ободрить пациента, проявить сострадание. Это процесс сложный, обоюдоострый, всегда связанный с недоверием, болью. Врач не должен забывать, что перед ним ни некий организм, даже если он находится в состоянии наркоза, а человеческое существо, которое страдает и которое зависит от тебя целиком. Пациент же должен понимать, что врач тоже человек, который имеет право на ошибку. Ответственность за жизнь своих пациентов постоянно довлеет над врачом. Часто именно опыт и возможности конкретного человека играют огром­ную роль в спасении жизни. Поэтому даже совершенная роковая ошибка, за которую он имеет мужество понести наказание, не должна убивать в нем врача. Ни один профессионал не застрахован от ошибки. Но поскольку врачебная ошибка для паци­ента и врача зачастую имеет серьезные последствия, возможность таких ошибок должна быть сведена к минимуму.

Врач – специалист, обучающийся всю жизнь. В станов­лении врача велика роль учителя-наставника и профессиональ­ного коллектива. Умение использовать чужой опыт сни­жает риск ошибок. Огромное значение имеет также самообразование. В столкновении со своим врагом – болезнью, врач часто обязан идти на риск, сопряженный с использованием но­ваторских или просто неочевидных методов. Возмож­ность ошибки в случае подобного риска невероятно вели­ка, но вне этого риска невозможны прорывы в борьбе с недугом.

Для решения проблемы лечения болезни в ряде случаев профессионального опыта и мастерства бывает недоста­точно. Это обязывает врача к тому, чтобы не просто быть всесторонне развитой личностью, но и «замечать неоче­видное».

Деятельность врача может оцениваться им самим, профессиональным сообществом, пациентом, а также коммерциализированным обществом, от которого зависит как врач, так и пациент.  И  важнейшей задачей врача является его выход из-под влияния любых оценок и исполнение им своего долга вне зависимости от них.

Взаимоотношения врача и пациента тесно связаны с принципом ценности человеческой жизни, который не только регламентирует действия врача, оказывающего квалифицированную помощь пациенту, но и позиционирует пациента как свободную личность, чье рождение, страдания, отклонения от нормы и даже уход из жизни должны быть неотделимы от идеи человеческого достоинства и права на полноценное существование.

Медицина как синтез теории и врачебного искусства, сочетание естественных, точных и гуманитарных наук, позволяет врачу не только заслужить доверие пациента, но и лучше понять то, что составляет истинную ценность в жизни пациента, то, что способно помочь ему в движении на пути к исцелению – возвращению прежней полноценности. Ценность жизни, как пациента, так и врача, их человеческое достоинство не должны быть обоюдно ущемлены и унижены в процессе их коммуникации.

 

Человек бессмертный

Революции в медицине происходили в ходе изменения понимания ее задач. XXI век ознаменовался победой трансгуманизма - общественного движения, считающего, что человек не является последним звеном эволюции, а значит, может совершенствоваться до бесконечности путем биоинженерии, информационных и кибернетических достижений, предполагающего, что можно получить не болеющего и бессмертного человека. Речь идет о получении им вечной оболочки. Попытки сотворить идеально здорового человека предпринимались неоднократно. Этой цели был подчинен и спартанский воспитательный кодекс, и евгеническая нацистская программа создания идеально здоровой расы, вошедшая в историю под названием проект «Лебенсборн». Казалось бы, значительных успехов в данном направлении добилась современная генная инженерия: она научилась выделять, маркировать и нейтрализовать ген, ответственный за ряд заболеваний и врожденных дефектов. Но критическая рефлексия достижений генной инженерии приводит к каверзному вопросу: кто и как будет определять «нормальный» геном. И будет ли это существо, выведенное искусственно, действительно человеком?

 

По материалам выступления «Взаимодействие врача и пациента» в Доме ученых им. Горького, июнь 2018 г.

 

 

 
Связанные ссылки
· Больше про Здоровье
· Новость от Proatom


Самая читаемая статья: Здоровье:
Отравление «тяжелыми металлами»: вовремя распознать, чтобы успешно вылечить

Рейтинг статьи
Средняя оценка работы автора: 5
Ответов: 1


Проголосуйте, пожалуйста, за работу автора:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 5 Комментарии | Поиск в дискуссии
Спасибо за проявленный интерес

Re: К врачу идут за надеждой (Всего: 0)
от Гость на 05/07/2018
Какое отношение данная тема имеет к атомной энергетике? Я что на "Доктор на работе" попал?


[ Ответить на это ]


Re: К врачу идут за надеждой (Всего: 0)
от Гость на 05/07/2018
Свято место пусто не бывает. Вакуум надо чем-то заполнять.


[
Ответить на это ]


Re: К врачу идут за надеждой (Всего: 0)
от Гость на 05/07/2018
А атомной энергетики нужны здоровые люди.


[
Ответить на это ]


Re: К врачу идут за надеждой (Всего: 0)
от Гость на 06/07/2018
Бредит сынок!
В России рак неизлечим.
Мои знакомые свою дочь с 4-й стадией вылечили в Израиле, а в России отказались лечить. Правда деньги собирали всю дорогу и продали все что можно, кроме квартиры. Но -вылечили ее израильтяне.


[ Ответить на это ]


Re: К врачу идут за надеждой (Всего: 0)
от Гость на 06/07/2018
Вот профессиональное интервью. Лучшие врачи в Песочном в Питере.https://youtu.be/CAcYvA7lmAY


[ Ответить на это ]






Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(921)9589004
E-mail: info@proatom.ru, webmaster@proatom.ru. Разрешение на перепечатку.
За содержание публикуемых в журнале информационных и рекламных материалов ответственность несут авторы. Редакция предоставляет возможность высказаться по существу, однако имеет свое представление о проблемах, которое не всегда совпадает с мнением авторов Открытие страницы: 0.09 секунды
Рейтинг@Mail.ru