proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
Журналы Атомная стратегия 2021 год
  Агентство  ПРоАтом. 24 года с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС
Вышло в свет второе издание двухтомника Б.И.Нигматулина. Подробнее
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия» и сайта proatom.ru. Информация: (812) 438-32-77, E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
Время и Судьбы

[21/12/2011]     Сквозь полупосеребренное зеркало

Д.А.Тайц, к.ф.-м.н. 

Известный физик-теоретик Я.А.Смородинский, читая Льюиса Кэрролла, замечает, что картина мира, созданная физиком это нереальная (в деталях) реальность, в то время как  сказочная картина художника реальная (в деталях) нереальность. Можно предположить, что устремление друг к другу и даже объединение этих картин  отвечает  полноте постижения. Об этом, собственно, здесь и пойдет речь.


Действительно, о какой реальности можно говорить, обозревая горстку символов в формулах Иоганна Кеплера, математическим «зеркалом» отражающих движение Луны и планет Солнечной системы  (надо сказать весьма точно) и, в то же время, сомневаться в истинности лунного серпа и яркой Венеры на холсте ночного пейзажа Куинджи! Представьте, насколько прекрасней, даже совершенней покажется этот пейзаж искушенному, понимающему, как язык  художника, так и математика. Если вдуматься, то не возможно наладить контакт с постигаемым, пытаться выведать его тайну, а, тем более, выйти на разговор, употребляя «конечный»,  утилитарный язык обычной жизни.

Тысячелетия приспособили и даже создали иные языки. Они обрели определенную форму, они, в некотором роде, более скованы, а в некотором свободнее своего житейски- прозаического прототипа. Они расширяют рамки использования слова за пределы обычного употребления. Они не боятся соскальзывать и приближаться к бесконечному, обращаться к его образам и символам и дружить с многоосновной логикой…, короче, они не естественны. Они – это языки поэтов и математиков. Естественный язык дан для поддержания жизни: защита, пища, кров, потомство. Это дар  природы, несколько избыточный дар, подобный стереоскопическому зрению или слуху (хватило бы и одного глаза и уха).   Например, стихотворная речь избыточна, неестественна, она не пригодна для добычи пищи. И, если она и являлась когда-то, как бы, сама собой в стихоподобной или знаковой (протоматематической) форме, то только для уяснения своего места во Вселенной и прошения о хлебе (как язык общения со сверхъестественной  сущностью).

Говорить стихами трудно, неудобно, это, как заметил Антон Чехов, «все равно, что танцевать со спутанными ногами». Стихи, как и теоремы не естественны, они не нужны  в  быту и в повседневности. Лев Толстой, в присущем ему стиле остранения, в ночь с 28 на 29 июля 1909 года занес в дневник: «Не буду говорить о тех миллионах глупостей и гадостей… когда набирают слова так, чтобы концы были одни и те же, и, составив вместе, как потом восхищаются этим набором слов, называя это поэзией».

Ясное дело математика, но и стихи туда же! Они строятся по своим особым не числовым правилам исчисления. Это определенный, специфический вид «математики», выказывающей себя не только в правилах распределения строк, слогов, ударений, созвучий, но и в более утонченном «шефстве» некоей математической индукции над   подбором слов и их гармонией, игрой  логик и  смыслов.          

О математике нельзя сказать, что она неестественна, она  противоестественна, как и та часть естество(!)знания, которую называют математической физикой. Поэт не найдет на дереве увешанном яблоками или в облике Пизанской башни не то что четырех-вектора тензора энергии, но даже ускорения силы тяжести. В огне свечи, горящей на столе, не разглядит ни логарифма энтропии, ни соударения упругих шаров... Физик, может  быть и увидит, но,  как и для стихотворца, не  обрушение съедобность или пожар предстанут  умственному взору.

Взор  проникновенного сознания, устремлен к смыслу и непоправимо, нестираемо являет собой сверхреальное (т.е. сверхъестественное, если естественной считать внешнюю материальность). Оно-то, сознание, и есть истинная реальность, о чем оно знает   абсолютно твердо. Неопровергаемый факт самосознания, реальность мышления требуют бытья платоновского мира идеальных сущностей, визитная карточка которого - математика. Эманация Мира Платона пронизывает предметную, вещную Вселенную всеми идеями  возможными в отображении ума и речи, всей прошлой и будущей математикой и, конечно, уж такими «мелочами», как  предстоящие «Нобелевские лекции» или решения дифференциальных уравнений в частных производных. Именно от того Мира, а не от «мира сего», в дополнение к естественной, мирской речи ниспослано  «Мойсеево косноязычие», называемое  математикой и (или) поэзией, «акцент», который по существу, именно по существу,  знак родства с иной действительностью. («Я буду при устах твоих» - сказал Бог заикающемуся Мойсею).

«Иная реальность»  пробивается сквозь «броню небытия» не только гармонией слов и знаков, но и тем, что поэтическая составляющая сознания с помощью абстрактной математической мысли начинает созидать сверхприродное в мире вещей.

Белка, собирая в дупле орехи, не заметит пропажу части запаса. Шумерский или вавилонский купец, сложив в амбар урожай в мешках с нескольких полей, легко обнаружит сколько украдено, не нуждаясь в помощи свидетелей преступления. Это и есть магия  математики, сверхъестественное чудо про-видения.

Естественно течение воды в ручье или реке, горение костра или лучины. Неестественны вода из крана, свет электрической лампы. Появление этих несообразных природе вещей обязаны запредельной природе языка математики и (или) поэзии. Да, да, и поэзии, в широком понимании. Сцепление этих форм, породило страсть овеществления идеала, стремления воспользоваться какой-то частью  математической мощи для создания мира небывалых вещей, очень удобных, ныне уже необходимых, но, увы, иногда и опасных. Не найти более яркого примера эстетической, сверхъестественной, даже божественной силы, чем тот, что демонстрируют уравнения Клерка Максвелла (десяток строк). Творец математического шедевра не думал ни о приложениях, ни о грандиознейших последствиях  -  явления Новой Цивилизации. Взаправду материализовались старинные пассы магов, разрешившие «не живому» думать, говорить, петь; живым  -  переговариваться и слышать  любого на Земле и за ее пределом; за чашкой кофе и чтением газеты перенестись на другой континент; делать видимой любую художественную фантазию. «Сверх-и-не» естественная речь математиков и поэтов обратили сверхъестественное сказки в  вещественный субстрат земного бытья.

Математические и стихотворные формы утверждений родственны по существу. Обе  сочетают лаконичность с удивительной емкостью, поэзия способна передать различные оттенки смысла с краткостью не доступной прозе. Обе формы выражения допускают свободу развернутого толкования и разнообразие приложений. Вместе с тем, манера обоснования (доказательства) утверждений  совершенно различна. В математике обязательно построение цепочки силлогизмов («Это, в силу того, того, что…»), цепочки бесконечной, вынужденной обрываться на каком-то этапе, «на веру». В поэзии же, отказ от силлогизмов принципиален. Обоснование выражено предельной, недосягаемой для силлогизма установкой: «Вот это так, и все тут…», т.е. поэзия непосредственно аппелирует  к беспредельному, что не разрешено математической  физике.

Итак, есть формы  высказывания неисчерпаемой содержательности и глубины. Их родовой признак - красота и привлекательность, их особость – концентрация множества смыслов, ограниченным числом слов (символов). Вот пример стихотворной формулы, сходственной по мощности  кинетическим законам механики с их рациональностью, однозначной определенностью (назовем этот стих «ньютоновским»).

Как государство богатеет,

И чем живет, и почему

Не нужно золота ему,

Когда простой продукт имеет.

Целое государство, даже Европа с оптимистическим прогнозом на будущее, уместилось здесь. Вряд ли, кто-то считал, сколько десятков тысяч слов заняло в трудах Адама Смита обоснование идей, наполняющих эти четыре строки, но, безусловно, исчезни сочинения британца, все равно, нынешние политэкономические труды, включая Нобелевские, можно было бы отнести к развернутому комментарию этой 34-х слоговой формулы. В четырех строках: государство и все сущностные действующие силы, цели и механизмы экономической политики, мало того, угадывается будущее двух ее важнейших форм.


        «государство богатеет» =  Развитие процветание.

        «живет» = спокойствие, равновесие, без революций.

        «Не нужно» = самодостаточность за счет труда.

       «… золота» = золото не только желтое, но и «черное, голубое» - опоры сырьевой  колониальной экономики                 

        «простой продукт» (курсив А.С.П.) = продукт производства, ума, интеллекта, инноваций, образования.

         «имеет» = умеет, знает. Ресурс государства.

А вот другой пример, тоже «вмещающий государство», сверхъестественный по сочетанию глубины, лаконичности и точности. Эта стихотворная формула (33 слога) создана спустя 151 год и 19 дней (по датировкам авторов). Дух и суть выраженного  трехстишьем сопоставимы с тем, что следует из знаменитой трехбуквенной формулы Больцмана,  мрачного «высказывания» о неизбежности роста энтропии (деградация, умирание, рассеяние). В трехстишье (назовем его «больцмановским») о том же, что и в «ньютоновском», но зеркально, по сущности, перевернутом: верх с низом, начало с концом, надежда с безнадежностью, смысл с бессмыслием.  

                     Там схож закат с порезом.

                     Там вдалеке завод дымит, гремит железом,

                     не нужным никому: ни пьяным, ни тверезым.

        «Там» =  чуждое, далекое.

        «закат с порезом» =  закат государства, кровавое прошлое, близость конца.

        «вдалеке» = отчужденное от людей.   

       «завод дымит, гремит железом» = бессмысленное, вредное, не производящее «простой продукт».

        «не нужным никому» = (сравни «не нужно» с  предъидущим «ньютоновским» ростишьем. Там, «не нужно» потому, что  есть, здесь потому, что нет. Там слово кончается 20 слогом, тут начинается с 21-го).

        «ни пьяным, ни тверезым» = социологический, демографический финал.

Картина, подобная отображенной этим трехстишьем, переданная прозой, даже самой совершенной, заняла бы десятки страниц. В этом легко убедиться, читая Андрея Платонова или Зощенко.

Эти две стихотворные формулы, «ньютоновская» и «больцмановская» родственны и противоположны. Каждая форма зеркальна  -  «зазеркальна» для другой (в «зазеркалии» часы идут в обратном направлении). Объединяясь в сознании они, подобно телу и антителу, аннигилируют в окончательное, предельно низкое почти бесформенное состояние:

                    Других примет там нет – загадок, тайн, диковин.

                    Пейзаж лишен примет и горизонт неровен.

                    Там в моде серый цвет – цвет времени и бревен.

                             («Пятая годовщина»  И. Бродский»)

Изобразительные, концентрирующие средства стиха острее, чем у прозы, поэтому часто изложенное стихом короче, а смысловая выразительность, отнесенная на число использованных слов, выше. 

Существование великих стихотворных образцов коротких и емких  искушают воспользоваться  стихоподобными формами, например для изложения увлекательных, завораживающих, парадоксальных идей даже естественнонаучных и  математических. Ведь такого рода идеи, если они и проникают в общество, то растворяются в  гуманитарных взглядах и проявляются уже без научного одеяния. Пространство и особенно время, к которым чувственно и эмоционально привязан художник, даже не упоминающий эти сущности, те же объекты которыми занимается физика называя их. И это так, поскольку пространство-время проецируется на человеческую природу дабы наделить его зрением и языком. «Грезящий говорит миру и вот мир начинает говорить ему» (Г. Башляр). Изложение теорем или принципов естествознания стихоподобной формой отличается безответственностью от дисциплинированной строгости изречений науки, но в этом, может быть и их прелесть. Тем более  творческие формы поэтики не  запятнаны грехом подавления спиритуалистического сознания, чего не скажешь о языке  рационалистической пост ньютоновской физики. Поэтическое и математическое, сталкиваясь в умах «интерферируют», добавляя эмоции и, даже, окраску абстракциям, усиливая интерес и понимание.

Полупосеребренное зеркало – прибор величайшей важности в естественных науках. Именно такие зеркала открыли возможность  появления и теории относительности и квантовой механики. Зеркало - предмет мистический, оно преобразует реальность в четко очерченную, оптически не отличимую ирреальность. Это предмет, «издревле ставивший в тупик детей, философов и дикарей» (Г.К. Честертон). Полустихотворная форма для сознания – аналог полупосеребренного зеркала. Оно,  пропускает через себя понимание отраженное в стихе и направляет обратно, на воссоединение с исходным, например, математическим смыслом изложения. Короткие полустишки  рефлектирующие или паразитирующие на утверждениях науки – полуотражающее зеркало. Зеркало не несет ответственность даже если в нем отразилось преступление, хотя на «кривое» можно и «попенять».   
Здесь попытки показать такие зеркала. Конечно кривоватые. Их размер по числу слогов не должен превышать  приведенных образцов. Есть формы с ограниченным числом строк и  слогов каждой строки. Например, пятистрочного стихотворения без рифмы и явно ощутимого метра. В первой и третьей строке 5 слогов, в остальных – 7. «Танка», так называется это. Сама числовая характеристика 31-ой слоговой миниатюры определяется простыми не расчленяемыми на множители числами: 31 слог, 5 строк (3 и 2), из 5 и 7-и слогов. Хочется, что бы  клейма пяти «колючих» цифр в строках уподобились репейнику, цепляющему  суть и смысл базового изречения, и из высказываний по темам физики отделили то, что увенчано приставкою «мета».

Наверно, в языках с преобладанием односложных слов, много проще, но в русском…. Что ж, лишний раз задумаешься. Тема и повод  писания не «стихопожатные» ни для медитации, ни для созерцательной грусти (тем более составитель отдает отчет в своей художественной несостоятельности)…  Трепет эпохи Новой Физики ощутим везде, куда бы она не шагнула, а у нас, к тому же, здесь, еще не стерлись следы эпохи трепета и страха порожденные борьбой с этой физикой.

Казалось, безрассудно использовать образы животных в математически ориентированных  науках. Разве не достаточно того, что сухая абстракция мысли и без опоры на символы одухотворенного, как раз и есть высшее свидетельство живого сознания?  Издревле животные участники организации мироустройства, герои логических и математических задач (черепаха Зенона). Многие  почитались как причастные к тайнам мира.

Кошки – хранители  загадок Вселенной, они знают как можно их разрешить (убедитесь, взглянув на Сфинксов в Санкт – Петербурге). Мышь – знающая тайные ходы, всепроникающая и прозорливая, неведомо куда исчезающая и, искупая свою малость, готовая нагрянуть вместе с гигантской ордой. Петух -  чудесная птица, компенсирующая неспособность летать благородной осанкой и смелостью. Это он взлетел на шпили церквей. Он администратор ночной стражи, провозвестник завершения ночи и наступления утра. Его крик пробуждает ото сна разум, изгоняет «нечистых» и лень… 

В наше время, мыслители, занятые (математически) вещами не связанными чувственным восприятием, охотно призывают животных и даже демонов в свои  помощники.  Очень ярок  Эйнштейн, его герои: слепой жук, бабочка, крот, козел и даже «шарики», которые он производит, мышь…, а так же, говядина, бульон, шуба, гардеробный номерок. Впрочем, это уже не одушевленное.

Здесь, очень условно, пятистишья разбиты на пять«анималистических» групп.  

«Мышь Эйнштейна». «Воздействует ли на вселенную мышь, когда смотрит на звезды?» В этом вопросе отца теории относительности весь сущностный потенциал  установки постигающего релятивистский мир, основание сакральной тайны скрытой за словами «принцип Маха».

«Кошка Шредингера». «Мы обсудим проблемы, возникающие в парадоксальном мысленном эксперименте с «кошкой Шредингера» и способы решения этой ключевой головоломки» (Р. Пенроуз). Действительно ключевая для восприятия и принятия квантовой физики.

«Петух Канта». «В 1775 году Кант снова переменил квартиру. Его изводил соседский петух, горланивший под окнами. Философ предлагал любые деньги, чтобы петуха прирезали, но хозяин не хотел с ним расставаться» (А. Гулыга). На новой квартире, куда изгнал его петушиный крик, Кант написал свою первую «Критику…». Это творение на все времена, по существу, о природе не времен, но времени - загадочного властителя имеющего гордого и голосистого глашатая.

«Кошка и мышь». «Более того, само понятие времени теряет здесь смысл. Даже слово «до» здесь незаконно. Как заниматься физикой, когда исчезает связь в пространстве и времени…»(Д. Шремм).  Рождение (или создание ?) Мира. Релятивизм и Кванты – повивальные бабки этого Дитя.     

«Ветвистая пшеница» «О значении воинствующего материализма»(Ленин). Эта группа стишков  про то, что не имеет право назваться именем одушествленного существа.  


От редакции. Предлагаемая статья - фрагмент будущей книги. Что это будет: очередная попытка "поверить алгеброй гармониию", постижение единства ее законов  или прихотливая, но праздная игра ума... Поживем, как говорится, увидим.

 

 
Связанные ссылки
· Больше про Физики и Мироздание
· Новость от Proatom


Самая читаемая статья: Физики и Мироздание:
Падают ли тела на Землю с одинаковым ускорением?

Рейтинг статьи
Средняя оценка работы автора: 5
Ответов: 5


Проголосуйте, пожалуйста, за работу автора:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 2 Комментарии | Поиск в дискуссии
Спасибо за проявленный интерес

Re: Сквозь полупосеребренное зеркало (Всего: 0)
от Гость на 23/12/2011
Да, уж!
Тайца плохо по частям воспринимать. Надо дождаться книги.Хочется пожелать автору набраться терпения, закончить и издать книгу.
(Не возможно же  познать корову по суповому набору... )


[ Ответить на это ]


Re: Сквозь полупосеребренное зеркало (Всего: 0)
от Гость на 24/12/2011
Тайц всегда пишет красиво и умно! Но его красивые картины - это стихи. Математика абсолютно необходима для описания явлений, но её использовать для предсказания нужно очень осторожно. Иначе возникют относительные теории, которые уже век дурачат мир. Напоминаю цитату Великого Эйнштейна. Математика вошла в физику служанкой, а стала в ней госпожой. А как век назад поступили с господами? Науке нужна революция- оставляя математику служанкой, строить естествопонимание.
ВИПоляков 


[ Ответить на это ]






Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(921)9589004
E-mail: info@proatom.ru, webmaster@proatom.ru. Разрешение на перепечатку.
За содержание публикуемых в журнале информационных и рекламных материалов ответственность несут авторы. Редакция предоставляет возможность высказаться по существу, однако имеет свое представление о проблемах, которое не всегда совпадает с мнением авторов Открытие страницы: 0.08 секунды
Рейтинг@Mail.ru