proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
Журналы Атомная стратегия 2024 год
  Агентство  ПРоАтом. 28 лет с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





PRo IT
Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС

Вышла в свет книга Б.И.Нигматулина и В.А.Пивоварова «Реакторы с тяжелым жидкометаллическим теплоносителем. История трагедии и фарса». Подробнее 
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия»
и сайта proatom.ru.
E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
Время и Судьбы

[28/06/2011]     С точки зрения широты кругозора

П.Ф.ШУЛЬЖЕНКО, заместитель директора РФЯЦ ВНИИЭФ по неядерным вооружениям 


- Во времена Советского Союза в стране была довольно стройная система научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Все организации, структуры, ведомства, которые занимались научными исследованиями, обменивались результатами своих научно-технических достижений. Даже мы – Минсредмаш СССР – будучи очень замкнутой отраслью, передавали результаты научных исследований – подчёркиваю: не разработок – в большую науку и, прежде всего, в оборонную. Таким образом, государство старалось оптимизировать траты своих средств: если мы получили результаты, не надо было тратить деньги второй раз, чтобы кто-то ещё провёл такие же исследования.


Когда в конце 80-х – начале 90-х годов Советский Союз разваливался, и начала формироваться новая страна, предприятия оборонных отраслей промышленности – их было восемь плюс Минсредмаш – «повалились» одна организация за другой. При этом никто не снимал задач, которые были поставлены государством перед разработчиками комплексов и систем оружия. Они вышли на ВНИИЭФ – тогда ещё не Российский федеральный ядерный центр, а Всесоюзный НИИ экспериментальной физики – с просьбой рассмотреть возможность создания соответствующих образцов для комплексов оружия. Мы традиционно делали средства поражения, но не комплексы.   
При участии научного руководителя Юлия Борисовича ХАРИТОНА, двух главных конструкторов, генерала Евгения Аркадьевича НЕГИНА и профессора Самвела Григорьевича КОЧАРЯНЦА, была сформирована философия деятельности ВНИИЭФ на направлении неядерных вооружений: мы не будем конкурировать с теми, кто может сделать эти образцы от обычной «оборонки». Но там, где они не могут выполнить работы, или там, где уже исчезла организация, которая их делала, желательно, чтобы мы постарались решить задачи, которые – по нашим оценкам – мы решить можем. Этой философии мы придерживались и придерживаемся всегда, хотя сейчас она, может быть, противоречит 94-ому федеральному закону о конкурсах. Всё-таки мы стараемся не губить организации оборонной промышленности, которые могут что-то делать сами.

Мы хотим, чтобы учёные, инженеры, и технологи ВНИИЭФ решали самые сложные задачи из всех, которые они могут решить. В научном плане, я думаю, нашим разработчикам на направлении неядерных вооружений интересно, потому что они работают в новых для себя областях исследований. Полезно ли это для нашего основного дела? Я бы сказал, что полезно, потому что мы обогащаемся знаниями, которые часто позволяют нам по-новому взглянуть на нашу традиционную деятельность и предложить там такие технические решения, которые, наверно, без работы в этой области предложить было сложно. И ещё сложнее – реализовать.

Работая в новой кооперации и продвигая свою деятельность всё глубже и глубже в общие дела этой кооперации, мы осваиваем целый ряд новых вопросов, которые оказывают положительное влияние на нашу основную деятельность. И с точки зрения технологий, и сточки зрения принципов конструирования, и, вообще, принципов построения нашей основной продукции или изделий, как мы говорим. А также с точки зрения широты кругозора и понимания ситуации в целом.

- Что для исследователя полезнее: недооценивать или переоценивать свои возможности? Какую роль играет скромность в научной деятельности?

- Исследователю интересно заглянуть за пределы изведанного, поэтому полезнее, я считаю, чтобы он переоценивал свои возможности. Тогда даже на поле, которое уже исследовано другими, он может решить задачи по-новому или решить какую-то новую задачу в известной области знания. Для учёного такой фирмы, какой был, есть и будет ВНИИЭФ, думаю, скромность в большей степени помеха, чем помощник. Он всегда должен говорить: «Я могу!», потому что те, кто поручает нам задачи, хотят, чтобы они были решены наилучшим образом. Например, когда мы брались за разработку боевого оснащения для переносного комплекса «Игла-С», её уже пытались сделать организации, которые традиционно решали такие задачи. То, что наше изделие получилось качественно новым – по оценкам специалистов министерства обороны – никто не отрицает. Больше того, оно успешно конкурирует на мировом рынке с самыми лучшими образцами изделий этого класса.

- Сегодня во ВНИЭФ достаточно людей, которые готовы решать новые задачи?

- Я могу сказать, что во ВНИИЭФ достаточно людей, чтобы решать самые сложные задачи сегодняшнего дня. В 1993 году в институт пришли 35 молодых специалистов. Исходя из численности, которая у нас есть, и примерного возраста, когда люди плодотворно работают – мы его оцениваем в сорок лет, нам надо ежегодно принимать порядка 250 молодых специалистов. Тогда у нас будет обновляемость коллектива. Поэтому в 1993-97 годах руководством ВНИЭФ были предприняты большие усилия, была создана специальная система подготовки кадров при Саровском физико-техническом институте, были заключены договоры с более чем десятком ведущих вузов страны, чтобы готовить специалистов. Да, мы не решили проблему, чтобы к нам шли лучшие выпускники  ведущих вузов, как это было при распределении в Советском Союзе. Но приток кадров у нас достаточный. Их подготовка… Каждое поколение ворчит на следующие. Мне кажется, это свойство человека. Я считаю, что кадры к нам поступают сейчас хорошие. Что-то они знают хуже, а что-то гораздо лучше. Вот требовать с них сложнее, потому что моральный подход у многих такой: главное – зарабатывать деньги, а не решать государственные задачи. Ну, надо привыкать к новым временам.

Приход людей во ВНИИЭФ должен быть привлекателен. Сейчас, наверно, есть два крупных момента, которые мешают специалистам приходить к нам. Один – транспортная инфраструктура, которая не так развита, чтобы человек жил в Сарове, а выходные мог провести в Нижнем Новгороде, в Москве. Второй момент – не все могут, когда хотят, как хотят и куда хотят поехать за границу на лечение и отдых. Но надо сказать, что и в Соединенных Штатах Америки есть такие же ограничения для тех, кто работает в оборонной промышленности. Я всё-таки считаю, что главное – это моральное воспитание. Руководство страны говорит, что мы будем строить социально ориентированную экономику, но многим надо ещё рассказать, что социально ориентированная экономика практически исключает патернализм: каждый должен заботиться о себе сам, кроме детей, стариков и больных. Если мы воспитаем молодёжь, которая это понимает и принимает, всё остальное будет нормально. Они не хуже. Лучше!

- Что, по-вашему, привлекательно в научно-исследовательской деятельности независимо от социальных приоритетов?

- Человек всё время стремиться познать что-то новое. Неважно, чем он занимается. В науке путь к познанию нового, пожалуй, наиболее короткий. Здесь – как я не раз слышал от академика Юрия Алексеевича ТРУТНЕВА – можно удовлетворять своё любопытство: перед тобой стоят задачи делать, осваивать что-то новое, и организация, государство обеспечивают условия для этого. Для мыслящего человека это наиболее благоприятная среда. Особенно во ВНИИЭФ, который пережил тяжёлые времена в довольно щадящем режиме по сравнению с другими организациями.

Нам повезло дважды – это опять же моя личная оценка. Первое – наше федеральное ведомство никогда не исчезало, и у нас была вертикаль, по которой мы сообщались с руководством страны. Второе – в трудные годы наше министерство, как и при его создании, возглавляли ядерщики-оружейники. С 1992 по 1998 годы – Виктор Никитович МИХАЙЛОВ, выходец из ВНИИЭФ и сейчас почётный научный руководитель нашего ядерного центра. Руководители министерства понимали, что такое ВНИИЭФ. Может, нам и трудно было до 2000 года донести до руководства страны, что это один из столпов, из-за которых Россию боятся и уважают, но у нас и тогда были все возможности, чтобы работать нормально. Сегодня руководители государства понимают, что у России не так много рычагов, чтобы с ней разговаривали на равных, и мы один из столпов, на которых это право и возможность стоят.

Во все времена руководители ядерного оружейного комплекса Советского Союза и потом России добивались, чтобы он не был раздроблён. До 1 января 1989 года мы работали по советским правилам, и были нормальным научным отраслевым учреждением Советского Союза. Затем предприятия перевели на Фонды экономического стимулирования, потом нас начали заставлять в чистом виде работать с прибылью. Очень трудно представить себе, что на ядерном оружии можно зарабатывать прибыль! Ну, не было и не будет оно никогда товаром. Это исключено. Это нонсенс. И вот в начале 90-х годов из ВНИИЭФ ушла волна сотрудников от 20 до 30 лет. Потом начали уходить сотрудники от 30 до 40 лет. Тогда им разрешили без увольнения создавать предприятия с участием ядерного центра, благо у нас уже был такой статус. Пускай, если у кого-то получится, уходит. Но, первое, он не должен унести интеллектуальную собственность. Второе, не должен увести неконтролируемо сотрудников, потому что они здесь готовились, в них вложены силы, средства, и это наш самый главный капитал. И третье, если не получится, пусть возвращается, потому что уходили не самые слабые. Руководство не мешало людям выжить в этот трудный период, использовало все ресурсы, чтобы сохранить потенциал ВНИИЭФ.

Точно также была решена судьба отрасли. В конце января 1992 года губернатор Нижегородской области Борис Ефимович НЕМЦОВ организовал встречу руководства нашего ядерного центра с руководством страны, по итогам которой было принято решение о Минатоме Российской Федерации. Через месяц, когда  президент Борис Николаевич ЕЛЬЦИН посетил ВНИИЭФ, учёные – здесь были тогда представители и РФЯЦ–ВНИИТФ из Снежинска – поставили вопрос о министре и назвали несколько фамилий. Президент прислушался к их мнению. То есть движение было встречное: руководители государства понимали, что эта отрасль не может быть брошена, а учёные проявили инициативу. Они всегда её проявляют. В этом им надо отдать должное.

- С кем вы кооперируетесь в разработках неядерного вооружения?

- Мы работаем в кооперации с «КБ Машиностроения», это город Коломна, генеральный директор и генеральный конструктор Владимир Михайлович КАШИН. С тульскими «ГНПП «Сплав», генеральный директор Николай Александрович МАКАРОВЕЦ, и «Конструкторским бюро приборостроения», генеральный директор Игорь Вениаминович СТЕПАНЫЧЕВ. С Нижегородским НИИ «Буревестник», генеральный директор Георгий Иванович ЗАКАМЕННЫХ. С «КБ «Кунцево», директор Сергей Николаевич ИГНАТЬКОВ. Эти предприятия выжили в постсоветский период в основном за счёт того, что работали на внешних рынках. Им были предоставлены права спецэкспортеров. Сейчас они выходят на внешние рынки только через Рособоронэкспорт. У нас с ними хоздоговорные отношения. Если проводится конкурс, участвуем в конкурсе. В отличие от ядерного оружия неядерное – товар, хотя и на специфическом рынке. Мы понимаем, что у нас технологии и разработки должны быть такими, чтобы наша часть, вложенная в комплекс, была конкурентоспособна на внешних рынках. Или была такой, что за неё дадут любые деньги, а это бывает очень редко.

У нас есть правило – мы не оглашаем, что конкретно делаем: даже если это не секретно, это конфиденциальная информация, которая может позволить нашим конкурентам опередить нас на рынке. Могу в качестве примера наших последних разработок привести одну из систем, которые уже поставлены на промышленное производство и передаются силовым ведомствам Российской Федерации. Разработка прошла также все разрешительные процедуры, чтобы Рособоронэкспорт мог предлагать её иностранным заказчикам. Это комплекс акустической разведки стрелков-снайперов, предназначенный для борьбы с терроризмом.

Ведём работы и по другим актуальным направлениям. Мы с вами живём в мире, где есть не только террористы. К сожалению, в нём возникают и локальные конфликты. Совсем недавно мы с вами имели коллизию Грузия–Южная Осетия, в которую пришлось вмешаться нашим вооружённым силам. Трудно сказать, как сложится жизнь завтра. Мир, к сожалению, испытывает дефицит ресурсов. Если сейчас идёт борьба за нефть, то завтра начнётся за пресную воду. А где её больше всего? Опять же в России, благодаря предкам, которые создали такую огромную территорию. Не раздавать же её направо и налево! А чтобы охранять и защищать, надо иметь хорошие технические средства, потому что у нас маленькая плотность населения.

Практически для всех видов вооружённых сил и родов войск у нас должно быть создано высокоточное оружие. Такова тенденция, требования времени – в современных вооружённых конфликтах нет фронтов. Философия, которую нынче проповедуют, такова: борьба идёт не за завоевание территорий, а за подчинение их своим интересам.

- Для такой организации, как ВНИИЭФ, 65 лет много или мало?

- Я считаю, что возраст организации зависит от коллектива и руководства, потому что сильная организация всегда находит новые серьёзные ниши для себя. И, если не боится браться за их решение, а ВНИИЭФ в моём понимании лишён этого страха, то это зрелая организация. Отцы-основатели привили ВНИИЭФ, может быть, избыточный комплекс ответственности: нельзя браться за то, что ты не можешь решить или ещё нельзя решить, потому что условия не созрели, и никто решить не может – по твоей оценке. Период зрелости ВНИИЭФ длится уже несколько десятилетий и, я думаю, будет длиться достаточно долго при условии, что эту организацию государственного назначения государство будет использовать для решения государственных же задач. Заставлять учёных до обеда заниматься исследованиями, а после обеда продавать результаты своего труда на рынке – несерьёзно. Каждый должен делать своё дело. И делать хорошо.

Есть ещё проблема, которую, я считаю, надо, чтобы все учитывали и как-то относились к ней. Всё-таки даже в условиях рыночной экономики, мы должны понимать, что есть области деятельности, которые могут быть нужными только для государства. Или они не выживут в рыночных условиях. Такими являются фундаментальная наука и поисковая. Прикладная наука, наверно, нужна корпорациям. Российские корпорации ещё не дозрели до того, чтобы финансировать свою науку. У них пока подход: купим «там». Для сырьевой экономики купить «там» можно, потому что товар идёт туда. И «там» продадут, чтобы товар шёл. Для экономики инновационной или наукоёмкой, думаю, «там» не продадут. Или, если продадут, то минимум на два поколения старше от того нынешнего, что можно продавать. Надо, чтобы в России как можно быстрее установился баланс: фундаментальная и поисковая науки – дело государственное, прикладная наука – забота корпораций о собственной конкурентоспособности.

Моя оценка: Советский Союз погиб, потому что вообще отсутствовала система внедрения научно-технических достижений из «оборонки» в мирную экономику. А так устроена пока жизнь в нашем обществе на планете Земля, что все научно-технические достижения, прежде всего, создаются в «оборонке», а потом тот, кто умеет, как Соединённые Штаты, коммерциализирует это дело. Мы первые полетели в космос, а американцы, я думаю, триллионы долларов оттуда сейчас качают благодаря спутниковой связи, навигационной системе и прочим благам. Мы ничего этого не внедряли. Считали, что космос особая отрасль: или престиж государства или решение оборонных задач. А американцы решают и оборонные задачи и – параллельно – мирные: зарабатывают и возвращают деньги. Чем быстрее мы внедрим этот механизм, тем легче нам будет конкурировать, тем быстрее мы внедрим инновационную экономику.


Интервью взяла Ольга ПЕТРОВА
 

 
Связанные ссылки
· Больше про Время и судьбы
· Новость от Proatom


Самая читаемая статья: Время и судьбы:
О.Пеньковский - «шпион века» или «подстава» КГБ?

Рейтинг статьи
Средняя оценка работы автора: 5
Ответов: 5


Проголосуйте, пожалуйста, за работу автора:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 3 Комментарии | Поиск в дискуссии
Спасибо за проявленный интерес

Re: С точки зрения широты кругозора (Всего: 0)
от Гость на 28/06/2011
к сожалению вы так и не поняли , что наемные менеджеры управляющие страной служат не России, а финансовому капиталу, а он находиться вне России, поэтому им не нужны  ученые и Российские технологии , их хозяевам ( полицейским над нашим народом Дерипаске  , Абрамовичу) вы не нужны, нужно тупое необразованное быдло для качания нефти и производства зерна и все-  задумайтесь об этом !!!
самое страшное когда народ работает на чужих даже не понимая этого.
Когда то об этом писал Ален Далес , все исполняется.
пока ученые этого не поймут  и будут продолжать поддержить этот режим нет шансов не только на развитие но и на сохраниение России как государства.



[ Ответить на это ]


Re: С точки зрения широты кругозора (Всего: 0)
от Гость на 29/06/2011
Путин с Медведевым тоже служат "финансовому капиталу, который находится вне России"?


[
Ответить на это ]


Re: С точки зрения широты кругозора (Всего: 0)
от Гость на 29/06/2011
"С 1992 по 1998 годы – Виктор Никитович МИХАЙЛОВ, выходец из ВНИИЭФ и сейчас почётный научный руководитель нашего ядерного центра."
К сожалению, это было уже вчера...


[ Ответить на это ]






Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(921)9589004
E-mail: info@proatom.ru, Разрешение на перепечатку.
За содержание публикуемых в журнале информационных и рекламных материалов ответственность несут авторы. Редакция предоставляет возможность высказаться по существу, однако имеет свое представление о проблемах, которое не всегда совпадает с мнением авторов Открытие страницы: 0.06 секунды
Рейтинг@Mail.ru