А Васька слушает, да ест…
Дата: 07/11/2017
Тема: Обращение с РАО и ОЯТ


Анатолий Мамаев, руководитель «Гражданского Центра ядерного нераспространения ЗАТО Железногорск»

Кто о чём, а я опять о своём. О радиации, то есть, с которой нас судьба накрепко связала. И если к солнечной радиации земные организмы полностью адаптировались, то к дополнительной, поступающей в жизненную среду от работы атомных предприятий и взрывов бомб, мы пока что мало приспособлены.



И эта неприспособленность заставляет искать способы изоляции радиоактивных отходов таким образом, чтобы они, по возможности, на нас не влияли. Притом те, кто изоляцией атомных отходов в России занимаются, это прекрасно понимают. Однако систему изоляции РАО, тот же Росатом, понимает по-своему. Например, в ЗАТО Железногорск ранее использованные для перекачки ЖРО в подземные горизонты открытые наземные бассейны местный ГХК стал попросту засыпать грунтом. Притом комбинат преподносит этот варварский способ изоляции РАО как шедевр технической мысли.

                                 ***

Открытые бассейны на ГХК и на СХК (ЗАТО Северск) были созданы для перекачки жидких средне- и низкоактивных радиоактивных отходов от производственной деятельности этих комбинатов в подземные горизонты.  Существуют эти бассейны – десятки лет. И за этот период через них были перекачены сотни тысяч кубов радиоактивных отходов. Притом на дне этих водоёмов за многолетний период их эксплуатации накопилось и насорбировалось большое количество РАО, которые ко дню ликвидации бассейнов из средне активных явно превратились в высокоактивные, и которые просто так закапывать в землю категорически запрещено.

Но так думаем мы - простые экологи, кстати, с профильным образованием, но не награжденный многими знаками отличия в области непонятно какой экологии директор ГХК Пётр Гаврилов. Он хоть и доктор наук, но территорию ЗАТО делает непригодной для нормальной жизни на многие тысячи лет вперёд. Но, как говорил наш великий сатирик Аркадий Райкин: «Ученье свет, а неучёных тьма…».  И вот от этой тьмы явно придётся страдать проживающему в ЗАТО и его окрестностях населению. 

Прекрасно понимая, что не все в России этот метод изоляции РАО могут одобрить, Гаврилов на место своего преступления привез группу якобы значимых экологов, которые в экологии, как говорится, - «ни в зуб ногой». Они походили по куче грунта над захоронёнными РАО, своё «одобрямс» выразили и местному руководству атомного комбината (ГХК) здравицу пропели. И никто при этом из них не озаботился спросить: «А что это за место, в которое РАО зарыли?».  А спросить надо было, так как эта местность является зелёной зоной предприятия и предназначена не для зарывания РАО под землю, а для создания барьера, служащего препятствием для распространения радионуклидов выбрасываемых атомным комбинатом. То есть, по своему функциональному назначению СЗЗ является защитным барьером, обеспечивающим  уровень  безопасности населения при эксплуатации радиационных объектов, но никак ни местом свалок РАО. Притом явно высокоактивных.

                                 ***

Захоранивая  на небольшой глубине ЖРО, руководство ГХК и Росатома, с ведомства которого это безобразие происходит, совершают преступление, за которое нужно привлекать к уголовной ответственности. Так как нет никаких гарантий, что выпадающие осадки к РАО не просочатся и не начнут поступать в водные горизонты под поверхностью земли, с последующей миграцией в реку Енисей, недалече от которого многовековую радиоактивную помойку Гаврилов организовал.

Кстати, подобное на ГХК уже случалось. В советский период существования России   правительство СССР всегда старалось ВПК (военно-промышленный комплекс) понудить что-нибудь для народного хозяйства выпускать. Обязало оно и создаваемый подземный атомный комбинат (ГХК) выпускать удобрение для сельского хозяйства из тех компонентов, которые после процесса получения плутония и урана должны были остаться.

Сказано. Сделано. А для этого соорудили  соответствующий кристаллизатор, где удобрение формировалось.  Однако очистить его полностью от радиации не удалось. Поэтому получаемую субстанцию попросту закапывали в отрытых траншеях на полигоне твёрдых РАО.  Впоследствии, при ликвидации полигона, стал вопрос: «Что делать с закопанными удобрениями?». Но, к удивлению, - они исчезли. То есть, просочившаяся из атмосферы влага их растворила и с подземными водами явно в реку Енисей вымыла.

В настоящее время на ГХК засыпан один бассейн. На очереди другой. Но его, по имеющимся сведениям, пока оставили, так как при пуске и работе, так называемого ОДЦ (якобы, «Опытный демонстрационный центр по переработке отработанного ядерного топлива», а на самом деле эдакий небольшой заводик, с перспективой его расширения), могут произойти непредвиденные обстоятельства, из-за которых ЖРО с предприятия нужно будет удалять в подземный полигон (по плану все водные отходы в ОДЦ входят в замкнутый цикл).

                                  ***

Экологические нарушения, совершаемые руководством ГХК и Росатомом, могли бы пресечь местная административная власть и контролирующие органы.  Однако руководители  этих органов в ЗАТО атомщикам потакают и не стараются их действия проверять должным образом.

Не способствует наведению должного порядка в области радиационной безопасности и прокурор ЗАТО, который незаконные действия местных атомщиков имеет возможность пресечь,  но этого не делает, явно исходя из солидарности с «отцами города», в когорту которых входят руководители административной власти и градообразующих предприятий.

                                  ***

Все последующие годы после развала СССР основной контроль за деятельностью ГХК в ЗАТО Железногорск в области радиационной безопасности осуществляла общественная организация «Гражданский Центр ядерного нераспространения» (ГЦЯН), с которой  ГХК в этой области сотрудничал. Но сотрудничал до тех пор, пока на комбинате не стали вводить в работу новые предприятия атомного цикла, после чего директор комбината Гаврилов П.М. какие-либо отношения с ГЦЯН приказал прекратить. А сотрудников нашей организации он приказал не пропускать для контроля за выбросами комбината через КПП, со стороны которого можно проехать в сторону объектов ГХК и оперативно провести замеры его радиационных выбросов и сбросов. Притом обращение по этому поводу к прокурору города результатов не принесло, так как прокурор директору ГХК стал потакать и мер к его нарушениям законодательства не принимать.

Симбиоз местной административной власти и надзорных органов с руководством ГХК не способствует созданию той системы ядерной безопасности, которая должна осуществляться в ЗАТО, исходя из наличия на его территории множества ядерных объектов и скрытности атомщиков в системе выбросов своих предприятий.

Что делать с этим безобразием? Бороться и понуждать правительство России наладить систему должного контроля за ядерной безопасностью страны. Притом бороться и понуждать явно придётся той общественности, которая свою деятельность ведёт в области радиационной безопасности.

Свершится ли такое нынче (раньше это получалось) – вопрос сложный, так как в настоящее время «зелёное» сообщество России разобщено и не способно какие-либо действенные мероприятия в этой области предпринять.

А Васька, как говорится, то бишь Росатом, видя это,  вытворяет много чего непотребного, зная, что его в России нынче некому приструнить.и обязать не скрытничать, особенно в области радиационной безопасности.







Это статья PRoAtom
http://www.proatom.ru

URL этой статьи:
http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=7724