proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
Журналы Атомная стратегия 2021 год
  Агентство  ПРоАтом. 24 года с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





Обсудим?!
Способствует ли безопасности атомной отрасли закрытость (усиление режима)?
Да
Нет
Сильнее влияют другие факторы

Результаты
Другие опросы
Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС
Вышло в свет второе издание двухтомника Б.И.Нигматулина. Подробнее
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия» и сайта proatom.ru. Информация: (812) 438-32-77, E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
Время и Судьбы

[13/02/2019]     «Мы строили, строили….»

Владимир Долгих, ветеран атомной энергетики и промышленности, журналист, Северск

Начало наступившего года, как водится, не обошлось без громких заявлений всевозможных начальников из атомного ведомства. Говорилось, конечно же, о планах на будущее. Не осталась без внимания и судьбоносная стройка, вот уже седьмой год ведущаяся на территории СХК, что в городе Северске, конца которой не видно и в помине. Словом, кричать «ура!» нам пока ещё рановато.


Дух захватывает

Речь идёт о проекте, в самом названии которого «Прорыв», заключены самые, что ни на есть грандиозные планы дальнейшего развития атомной отрасли страны. Или, как сказал тогда-то экс-руководитель Росатома Сергей Кириенко, именно он и должен обеспечить лидерство РФ в мировой ядерной энергетике и в целом в глобальной энергосистеме. Причём на самые длительные перспективы. Лет эдак на 30-50, как минимум.

Пропорциональны величию планов и сделанные заявления. Согласитесь, 3 миллиарда рублей, которые намерен потратить Росатом только в текущем году, только на возведение одной составной части «Прорыва» – завода фабрикации топлива – и только на выполнение строительно-монтажных работ, ничего, кроме как чувство гордости за отечественных атомщиков вызывать не могут. Особенно, на фоне не самого радужного состояния экономики страны и трат предыдущих лет.

Не обошлось и без «конкретики». Со ссылкой на вице-президента "ТВЭЛ" Виталия Хадеева, в частности, сообщалось, что в 2019 году "нам предстоит обеспечить начало работ по монтажу технологического оборудования модуля фабрикации/рефабрикации топлива". 

И, как оказалось, без торжественных рапортов о достигнутых на площадке свершениях.  Истекший  год ознаменовался «завершением возведения строительных конструкций основных производственных зданий модуля, завершена поставка основного технологического оборудования по договору между СХК и АО «СвердНИИхиммаш».

Словом, совсем недалече и до весьма приятных процедур – крутить дырки в пиджаках под ордена-медали и созерцать на банковских картах кругленькие премиальные суммы. Ведь именно в 2020 году, на сей раз, и запланирован пуск завода в эксплуатацию.

Ну, а дальше – ещё больше! Через пять-шесть лет увидим и сам пыхтящий реактор БРЕСТ -300, а там, глядишь, доживём и до третьей, завершающей стадии проекта – завода по переработке отработанного ядерного топлива. Году, к примеру, в 2030. Или немногим раньше.

 

Станиславский, ты прав!

Но то проблемы уже будущих поколений атомщиков. Нам бы с сегодняшними разобраться. Ведь, согласитесь, верится в очерченные господином Хадеевым планы, как впрочем, и в остальные сделанные не так давно обещания, с величайшим трудом. Потому как многие «атомные начальники» зарекомендовали в былые времена настоящими «хозяевами своих слов». В смысле, дал слово, а затем, не мудрствуя лукаво, его и забрал.

Чтобы оправдать скепсис, оглянемся назад. Ненадолго, всего-то лет на семь.

Нынешняя власть на любом уровне очень уж не любит вспоминать о провозглашённых некогда заманчивых перспективах. Мол, жить надо днём сегодняшним. Причина, на мой взгляд, проста – не хочется ей держать ответ за некогда данные обещания. Такой вот парадокс – отвечать за дела не хотим, а на немалую зарплату рассчитываем вполне. Вспомним, по итогам 2017 года только члены правления Росатома «отчитались» на общую сумму почти что в миллиард рублей полученных доходов.

Правда, справедливости ради, нельзя не признать – держать-то ответ попросту не перед кем. Потому как наш славный электорат больше никак не напоминает строгого контролёра за принятыми на работу в результате выборов должностными лицами (как же иначе то?). Критического же запала хватает, максимум, побурчать на кухне, да «выпустить пар», поскандалив с супругой. И не больше. Не здесь ли кроется основная причина нынешнего состояния российского общества?

Хотя факты после даже самого поверхностного анализа работы наших благодетелей от власти частенько «выплывают» весьма занимательные. Не стала исключением и строительная эпопея «Прорыва», стартовавшая ещё в 2012 году на северской земле.

 

Вся жизнь впереди – надейся и жди

Помните, тогда нам обещали, что работы на возведении МФР должны быть выполнены к марту 2015 года, а ввод в эксплуатацию самого завода по производству топлива планируется к 2017 году?  Следующим этапом, по мнению «атомных обещалкиных»,  станет начало работ по созданию реактора "БРЕСТ-ОД-300", на котором с 2020 года планируется начать отработку новых технологий атомной энергетики. Ну. а ещё через пару лет, поставим жирную точку в «Сибирском прорыве», перерезав ленточку на открытии завода по рефабрикации топлива. И пошла-поехала по миру слава «лидера мировой атомной энергетики». Вместе с соответствующими дивидендами.

Тут уж даже человеку, совсем незнакомому с передовыми ядерными технологиями, было ясно – это не реальные цели, это – реальное прожектёрство! Как минимум. За три с лишним года, помнится, в том же Северске один только детсад едва выдюжили! А тут львиная доля целого завода по производству ядерного топлива. И, к тому же, ещё и экспериментального!

Но потчивали нас именно такими цифрами вплоть до января 2017 года. Сегодня нет смысла называть фамилии тогдашних видных златоустов. Все они в своём большинстве по-прежнему трудятся на объектах «Прорыва» или в структурах нашего замечательного атомного ведомства. Более того, и сегодня режут в глаза правду-матку о положении дел на стройке.

Не следует забывать и об ещё одной стороне таких вот строек. Обеспечение рабочими местами территорий, на которых их возводят. Причём местами высококвалифицированными. Или, как образно выразился один из «отцов Прорыва» Евгений Адамов, «не с тачками».

Для Северска же этот вопрос был наиболее актуален. Во-первых, за время  обретения СХК «нового облика» он с подачи московских творцов и местных энтузиастов этого самого «облика» потерял в численности почти 8 тыс. человек. Во-вторых, рынок труда в ЗАТО настолько узок, что поглотить высвобождающийся люд  он просто не в состоянии. Именно с целью сгладить последствия таких вот «кадровых инноваций» и реализовывался проект на северской земле. Вместе с обещанным чуть раннее ещё одним «мега-планом» - завода ядерного топлива.

Завода нет, и не будет. «Прорыв» если и будет, то явно не завтра. Получать же зарплату хочется сегодня. Даже попавшим под сокращение. И вновь речи всевозможных «обещалкиных» ласково обдували ушные раковины страждущих. Цифры демонстрировались фантастические.  С немалым, кстати, и разбросом. Надо понимать, в зависимости от настроения и подготовки оратора. Одно, правда, было общим. Столь немалый разброс будущих вакансий говорил явно не в пользу высокой проработки самого проекта «Прорыв».

Так, господин Адамова вёл речь всего о 1090 вакансий. Генеральный директор СХК Сергей Точилин оказался несколько щедрее, обещая 1400-1500 рабочих мест. Но всех «переплюнул» губернатор Томской области Сергей Жвачкин. Он, выступая перед журналистами вместе с бывшим тогда президентом ТВЭЛ Юрием Олениным, называл уже цифру 2000!

Словом, как когда-то пел популярный ансамбль «Вся жизнь впереди – надейся и жди». Требовать от кого-то из них ответа на вопрос, когда можно посетить, наконец, отдел кадров, бессмысленно. Как, впрочем, и на многие другие  вопросы, связанные с реализацией проекта.

Ну, не существует при нынешних российских порядках системы ответственности должностных лиц за срыв  строительства государственных объектов!  А если и существует, то понять избранность её применения не всякому возможно.

Более того, упомянутые «чудные сроки» оказались в федеральной целевой программе «Ядерные энерготехнологии нового поколения на период 2010 – 2015 годов и на перспективу до 2020 года»! С конкретными финансовыми, в том числе и бюджетными, ресурсами по каждой позиции! Как тут не задуматься о качестве составления этих самых федеральных программ и уровню подготовки их составителей!

 

На смерть одной ФЦП

В конце же 2016 – начале 2017 года информационная картина по отражению реализации «Прорыва» во всевозможных СМИ в корне изменилась.  Во-первых, правительство, видимо, подсчитав имеющиеся ресурсы, серьёзным образом скорректировало упомянутую выше ФЦП. Мол, давайте лучше лелеять синицу в руках, нежели отлавливать журавля в небе.  «Сердце проекта» реактор БРЕСТ -300 был просто из неё удалён. Следом как-бы автоматически выпал из планов завод по переработки ОЯТ. Что вполне логично. Перерабатывать просто было нечего. Ну, а образовавшуюся экономию рекомендовали пустить на возведение объектов «высокой степени готовности»». Вот только, где они, эти самые «объекты» и насколько нуждаются в дополнительных ресурсах, из СМИ узнать не удалось.

Во-вторых, на мой взгляд, не стоит отметать версию о «сыром проекте», непонятно зачем «втиснутом» в ФЦП, осуществить который даже при наличии небывалых финансовых ресурсов и степени технической готовности оказалось в отведённые сроки просто невозможно. Напомню, творцы  с Большой Ордынки предлагали закончить все работы на БРЕСТе вместе с модулем переработки ОЯТ уже к 2023 году!

Возможно, оглядевшись и поняв несостоятельность задекларированных раннее планов, наш замечательный Росатом, решил «включить заднюю». И не отказавшись окончательно от проекта чудо-реактора, несколько скорректировал сроки его возведения. Тем более, если верить заявлениям ряда его руководителей, средства придётся искать без участия государства. Да и ФЦП, предусматривающая создание всего объёма «новых технологий» скоро приказала долго жить. По официальной версии, в связи с принятием новой, похожей, ФЦП "Развитие атомного энергопромышленного комплекса". Впрочем, не обошлось и без иных оценок. Что не случайно. Скажите, много ли мы знаем в рамках почившей в бозе программы о созданных и активно применяемых, действительно, прорывных технологий? Или о возведенных исследовательских и производственных комплексов, которых можно смело отнести к  завтрашнему дню атомной отрасли?

 

Умная мысля приходит опосля

Тут-то и вспомнили о необходимости «поработать» над качеством проекта. Приведу слова на то время заместителя генерального директора - директора блока по управлению инновациями Росатома Вячеслава Першукова: «Будет проведен целый ряд НИОКР по ключевым узлам….. И, прежде чем начать строительство в 2018 году, будут проведены испытания на полномасштабных стендах. Этот год как раз и будет посвящен серьезной научной работе».  И, по – видимому, для большей убедительности, руководитель проектного направления «Прорыв» сообщил, что 2017 год «Росатом» посвятит научно-исследовательским и опытно-конструкторским работам (НИОКР).

Ему вторил гендиректор АО СХК Сергей Точилин: «Да, они (сроки возведения БРЕСТ-300 – прим.) были более ранние, но в связи с тем, что не все научные проработки были завершены, вынуждены были чуть-чуть сдвинуть сроки»

 «Чуть-чуть», в понимании высокого начальства, оказалось величиной неопределённой. Потому как ни в 2017, ни в 2018 году приступить к строительству БРЕСТа нашим славным атомщикам никак не получилось. Думается, не до него будет и в текущем году. Под сомнением и возможность увидеть диковинный реактор во всей красе через шесть лет. На этот срок завершения работ руководство Росатома ориентируется сегодня. Получается, «опять двойка» за планирование?

Предвижу возражения, мол, «тайм-аут» господин Першуков с партнёрами взяли исключительно из благих побуждений. «Остановиться – оглянуться» с целью ещё раз всё взвесить и найти ряд новых технологических решений. Сберечь бюджетные средства, наконец. Возможно, это и так, и свершения, по-настоящему, придали судьбоносному проекту «второе дыхание». Осталось, правда, выяснить, что побуждает «генералов с Большой Ордынки» вот уже второй год тянуть с началом работ, имея, надо понимать, в обойме полный набор технических решений для возведения диковинного реактора, о которых так заразительно господа Першуков и Точилин говорили раннее?

Получается,  даже котлован под стройку не смогли «осилить». Было бы, во всяком случае, место, куда год-другой можно журналистов подвозить и рассказывать им, вглядываясь в глубину ямы, о грядущих «прорывах». Неужели «год НИОКР» для наших замечательных созидателей оказался столь неэффективен? Или с «ключевыми узлами» малость ошиблись? Ответа, конечно же, не найти.

Вот уж, действительно, рассуждали, как лучше, а получилось как всегда.

 

Всё ждала и верила, сердцу вопреки

А что же единственный реальный объект проекта «Прорыв» - модуль фабрикации/рефабрикации ядерного топлива (МФР)?  В связи с ним вспоминается стиль советских ударных строек. Помните, цели определены, задачи поставлены, за работу, товарищи! И работы, если верить их нынешнему столичному куратору вице-президенту "ТВЭЛ" Виталию Хадееву, ведутся в рамках запланированных сроков. И ничто, казалось бы, не сможет помешать получить первое топливо уже в следующем году.

Но без вопросов и тут не обойтись. Например, по планированию тех же сроков завершения работ. Судите сами. В первоначальной редакции наши замечательное атомное начальство, если помните, собиралось «разобраться» со стройкой, как говорится, одним махом. И уже в 2017 году «выдать на гора» первую продукцию. Затем, в ходе «оптимизации» принятых раннее планов, сей торжественный момент, решено было перенести ещё на три года.

Что удивительно, во время этой самой «оптимизации» МФР лишился ряда своих составных частей. А именно, временного хранилища выдержки ТВС и ОЯТ вместе с частью вспомогательных систем и оптимизацией номенклатуры оборудования по результатам уточняющих НИОКР. Соответственно, упала и стоимость работ. Упала вполне прилично, более чем на четверть от первоначально заявленной. Выросли только сроки проведения работ. На целых три года! Ну, не диковинка ли это!?

Правда, оптимизм господина Хадеева мне, в частности, разделить не очень-то и хочется. И не только потому, что обещания, даваемое начальством хоть с Большой Ордынки, хоть с Каширского шоссе столицы, становятся реалиями далеко не всегда. Вспомните для примера тот же стомиллиардный «инвестиционный портфель», который посулил господин Кириенко Северску ещё в 2011 году.

Впрочем, постараемся, начиная с этой минуты, верить всему сказанному нашим замечательным атомным начальством. Вот только одна закавыка. Читаю очередной материал об очередном  трудовом свершении на строительстве МФР и узнаю, что до конца ещё 2018 года все основное технологическое оборудование для производства ядерного топлива нового поколения для реакторной установки БРЕСТ-ОД-300 будет доставлено на площадку. О чём и сообщило ИА Интерфакс – Сибирь в июле прошлого года.

А вот буквально на днях, в ленте всё того же Интерфакса нахожу ещё одно сообщение: АО «СвердНИИхиммаш» заключило с АО «НЗХК-Инжиниринг» договор на разработку рабочей конструкторской документации, изготовление, поставку, проведение шеф-монтажа комплекса оборудования участка доизвлечения трансурановых элементов для АО СХК. Комплекс предназначен для переработки жидких радиоактивных отработавших дезактивирующих растворов модуля фабрикации/рефабрикации опытно-демонстрационного энергокомплекса с РУ БРЕСТ-ОД-300. С обязательством осуществить поставку в начале 2020 года.

Осталось только надеяться, что подрядчик сработает с ювелирной точностью в части исполнения контракта, а монтажники не затянут с монтажом и первое топливо, действительно, появится в сроки, обещанные атомным начальством. То есть, уже в следующем году.

Словом, давайте видеть на земле не только лужу, но и звёзды, в ней отражающиеся. Самой яркой из них является, конечно же, уверенность в непоколебимости Росатома всё же достроить и МФР, и БРЕСТ-300, и даже модуль переработки ОЯТ. Посрамим  пессимистов, чьи ряды еще пару лет назад были и сплочённее, и многочисленнее. Другой вопрос, а станут ли к тому времени наши нынешние свершения, по-настоящему новым словом в отрасли, обеспечат ли лидерство России во всей «глобальной энергосистеме», как завещал  Сергей Кириенко? Пусть не на 30 – 50 лет, а хотя бы на пару- тройку.

Ведь наука и промышленность стран-конкурентов вряд ли будет ждать, когда закончится наш «атомный долгострой», ответив на вызов не менее перспективным, но более быстро реализуемым проектом.

 

 
Связанные ссылки
· Больше про Сооружение атомных объектов
· Новость от Proatom


Самая читаемая статья: Сооружение атомных объектов:
Перейти Рубикон

Рейтинг статьи
Средняя оценка работы автора: 5
Ответов: 12


Проголосуйте, пожалуйста, за работу автора:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 1 Комментарий | Поиск в дискуссии
Спасибо за проявленный интерес

Re: «Мы строили, строили….» (Всего: 0)
от Гость на 16/02/2019
Критического же запала хватает, максимум, побурчать на кухне, да «выпустить пар», поскандалив с супругой.
___________________________________________________

Ну почему максимум, а на Проатоме-то какие обличающие речи выкладывают! Только вот непонятно -то-ли автор сожалеет о задержке строительства БРЕСТа, то-ли считает его неперспективным, то-ли - нереализуемым)


[ Ответить на это ]






Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(921)9589004
E-mail: info@proatom.ru, webmaster@proatom.ru. Разрешение на перепечатку.
За содержание публикуемых в журнале информационных и рекламных материалов ответственность несут авторы. Редакция предоставляет возможность высказаться по существу, однако имеет свое представление о проблемах, которое не всегда совпадает с мнением авторов Открытие страницы: 0.08 секунды
Рейтинг@Mail.ru