proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
К юбилею атомной отрасли
  Агентство  ПРоАтом. 20 ЛЕТ с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





Обсудим?!
Очередные санкции США против России – это:
Спектакль, срежиссированный высшим руководством
Торговая война Запада против России
Реакция западного общества на российскую экспансию
Попытка сдержать бурное развитие военной мощи РФ
Другое

Результаты
Другие опросы
Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия» и сайта proatom.ru. Информация: (812) 438-32-77, E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
PRo Рекламу

[22/02/2013]     Притяженье Земли

Р.А.ГОЛОСОВ, вице-адмирал, профессор, член-корреспондент РАЕН. Герой Советского Союза

В сентябре или октябре 1958 г. меня вызвал мой командир - командир 182 бригады подводных лодок ТОФ Борис Адольфович Вешторт – и под большим секретом поставил задачу начать подготовку к небывалому походу в Тихом океане до параллели 60 градусов южной широты продолжительностью четыре месяца без захода куда бы то ни было. Протяженность маршрута около 20 тыс. миль. Основная цель похода — обеспечение гравиметрических измерений по маршруту.


Гравиметрия (от лат. gravis — тяжёлый и ...метрия ) -  раздел науки об измерении величин, характеризующих гравитационное поле Земли и об использовании их для определения фигуры Земли, изучения её общего внутреннего строения, геологического строения её верхних частей, решения некоторых задач навигации …. В перспективе перед Г. стоит задача изучения Луны и планет по их гравитационному полю. <…>

Существует специальная гравиметрическая аппаратура для измерений силы тяжести с движущихся объектов (подводных и надводных кораблей, самолётов) <…>.

Знание детального строения гравитационного поля Земли необходимо … при расчёте орбит искусственных спутников Земли…
Большая Советская Энциклопедия


С началом космической эры — запуском Советским Союзом первого в мире искусственного спутника Земли 4 октября 1957 г. — возникла острая необходимость точного знания величины ускорения силы тяжести в различных точках земной поверхности, в том числе и в акватории океанов. Без этого расчет траекторий полета ИСЗ и баллистических ракет невозможен. Если измерение этой величи­ны на суше принципиальных трудностей не вызывало, то на аква­тории океанов возникли проблемы. Для измерений требовалась до­статочно неподвижная платформа, чего надводные корабли и суда на волне обеспечить не могли. Было решено использовать подвод­ную лодку в подводном положении. Из имевшихся в то время в ВМФ наиболее подходящими являлись лодки 611 проекта. На Тихом океане выбор пал на нашу «Б-72». На Атлантике — на лодку Северного флота.[1]

Выполнение гравиметрических измерений возлагалось на науч­ную группу из четырех человек с соответствующей аппаратурой. Для их размещения предстояло освободить шестиместную каюту офицеров во втором отсеке. В поход идет штатный личный состав, дополненный группой радиоразведки из трех человек и офицером-гидрометеорологом.

Дополнительные задачи — ведение разведки, изучение условий плавания в различных климатических зонах, испытания новой сверхбыстродействующей аппаратуры радиосвязи, проверка возможностей и условий пополнения запасов в океане, испытание новых норм автономного пайка для подводникон, исследование возможностей определения места лодки в океане с ис­пользованием иностранных радионавигационных систем.

Подготовку к плаванию осуществлять максимально скрытно под легендой подготовки к обычному автономному походу, не посвящая никого в детали. Штурману дать указания о подготовке карт и навигационных пособий почти на весь Тихий океан. Истинные цели и задачи довести до экипажа после выхода из базы. Плавать предписывалось скрытно, уклоняясь от обнаружения иностранными кораблями, судами и самолетами. Готовность к выходу — середина ноября.

Комбриг излагал указания очень тихо, как бы подчеркивая их сверхсекретность, и внимательно смотрел на меня. Эмоций я не выражал и особых вопросов не задавал, их еще не возникло. В душе порадовался, что именно нашему экипажу доверяется выпол­нение столь важной и уникальной задачи. С другой стороны, имея опыт месячного автономного плавания на «С-145»[2], я лучше комбрига представлял себе, какие трудности будут нас подстерегать.



В центре  – командующий Тихоокеанским флотом (1958-1962 гг.) Виталий Алексеевич Фокин, справа - командующий Северным флотом Арсений Григорьевич Головко.



Один из самых прославленных советских подводников, Г.И.Щедрин, во время войны - инициатор и участник перехода отряда советских ПЛ с Тихоокеанского на действующий Северный флот, в 1955-1959 – командующий Камчатской военной флотилией ТОФ.

Борис Адольфович ВЕШТОРТ, в 1958-1965 гг. – командир 182 бригады подводных лодок ТОФ

Поразмыслив и набросав для себя основные вопросы предстоящей подготовки, собрал офицеров и поставил задачи в пределах дозволенного. Провели партийное и комсомольское собрания с обсуждением, что и как следует сделать, и работа началась.

Основное внимание уделялось регламентным работам с материаль­ной частью, подбору необходимого ЗИПа и ремонтных материалов, приему и размещению дополнительных запасов топлива, пресной и ди­стиллированной воды, продовольствия. Из числа специалистов БЧ-5 подготовили электро- и газосварщиков, разместили в надстройке баллоны с ацетиленом и кислородом. Заменили по медицинским показа­ниям несколько человек. На весь экипаж оформили загранпаспорта моряка, а на танкере предусматривалось иметь для всех гражданскую одежду на случай вынужденного захода в иностранные порты.

*   *   *
В середине ноября в бухте Крашенинникова встал на якорь танкер «Певек» — наш собрат в предстоящем плавании. Судно новое, финской постройки. Водоизмещение 6500 тонн, один главный дизель, скорость 13—14 узлов, экипаж около 30 человек. Капитан Иван Трифонович Палащенко, симпатичный мужчина, может, немного старше меня.

На танкере (ТН) необходимые запасы для нас и две смены экипажа ПЛ 611 проекта под командованием капитана 3-го ранга Киреева Константина Константиновича, моего товарища и однокашника по училищу.

Выбрав подходящий день, ошвартовались у борта «Певека». Про­мерили условия швартовки, совместимость шлангов для приема топлива и воды, обсудили возможные варианты передачи запасов и буксировки. Вдвоем с капитаном разработали краткую таблицу условных сигналов для опознавания и связи.

По завершении деловой части Иван Трифонович пригласил меня обедать. В каюте капитана стол сервировала и подавала обед буфет­чица, женщина лет 35, по внешности полный антипод даже скромным канонам женской красоты. После обеда поинтересовался причиной столь странного вкуса в подборе персонала. Капитан ответствовал, что три месяца плавания в коллективе трех десятков здоровых мужиков женщине, даже с такой внешностью, будет нелегко.

Из Москвы прибыла и разместилась научная группа во главе с кандидатом физико-математических наук Маратом Сагитовым. Всего в плавание отправлялись 83 человека. Вопрос о каком-либо «старшем» на поход, насколько мне известно, не ставился.

Марат Усманович Сагитов (1925-1988), участник Великой отечественной войны, выдающийся специалист по морской гравиметрии, доктор физико-математических наук, профессор, зав. отделом гравиметрии Государственного астрономического института им. П.К. Штернберга

Меня не спрашивали, справлюсь ли. И это правильно. К управлению кораблем допущен, задачи отработал — ну так и действуй!

*   *   *
Вечером 26 ноября тихо, без митингов и проводов, отошли от причала и встали на якорь в бухте Крашенинникова. Закрасили бортовой номер, окончательно разместили все имущество по отсекам, не торопясь проверили все и всех.

Уходя из дома, попрощался с Таней и детьми. Сказал, что буду отсутствовать достаточно долго. Подробности расскажу с возвращением.

Утром 27-го тихо снялись с якоря, перешли в бухту Русскую, что к югу от Петропавловска, и легли там на грунт на глубине 125 метров для привязки и проверки гравиметрической аппаратуры. Пока ученые мужи занимались этим делом, собрал экипаж в седьмом отсеке и довел задачу — впереди 20 тысяч миль и четыре месяца плавания. Бурных восторгов не последовало. Правда, не было и рыданий. В четвертом отсеке штурман повесил карту Тихого океана, на которой в дальней­шем отмечалось наше место.

К исходу дня всплыли и начали движение по плану похода, кото­рый предусматривал погружение для замеров через каждые 90 миль при достаточно строгом соблюдении заданного маршрута.

*   *   *
Первые две недели плавания оказались крайне тяжелыми и для людей, и для техники. Почти непрерывно - жестокие штормы, малая видимость, снежные заряды. Сила ветра временами достигала 25—30 м/сек, высота волн доходила до 12—15 метров (высота крыши ограждения рубки всего около 7 метров от ватерлинии). При движении лагом к волне кренометр иногда зашкаливало на отметке 55 градусов. Первое время, особенно после всплы­тия в позиционное положение один выходишь на мостик, ощущение жутковатое — справа и слева вздымаются темные стены воды, и кажется, сейчас сомкнутся над лодкой. Вахтенные офицеры несли вахту в гидрокомбинезонах, пристегнувшись пожарными поясами к леерному ограждению мостика.

Первые дней пять, кроме нас со старпомом, капитаном 3-го ранга Косых Александром Ивановичем, укачивалась вся команда. Вахтенная смена несла вахту, кляня Нептуна и свою моряцкую судьбину и поблевывая в различные банки, пока в желудках не наступала тянущая пустота. Подвахтенные плашмя лежали по койкам. В надводном положении готовить на камбузе какую-нибудь пищу было невозмож­но. Для нас со старпомом в кают-компании привязывался чайник компота, что в сочетании с черными сухарями скрашивало поочередную вахту на мостике, который временами заливался по крышу так, что приходилось задерживать дыхание на время прохода волны.

В центральный пост через люк хлестала вода, заливая настил палубы в третьем отсеке слоем в 30—40 сантиметров. Прямо под люком конструкторы умудрились разместить один из электрощитов, который надымил при первом же заливании. Воистину, кто конструирует, тот не плавает, а кто плавает, у того советов не спрашивают. Заливало и другое электрооборудование центрального поста. Появились отдельные неисправности механизмов, связанные, очевидно, с перегрузками на качке.

Нервное напряжение усугублялось необходимостью непрерывно­го ведения радио- и радиотехнической разведки сил воздушно-надвод­ного барьера США с целью своевременного уклонения от обнаруже­ния ими. Барьер этот американцы установили между Гавайскими и Алеутскими островами, чтобы, не дай бог, советские бомбардиров­щики и ракетоносцы не проскочили незамеченными громить Амери­ку. На линии барьера в определенных точках находились надводные корабли, а в воздухе непрерывно патрулировали тяжелые самолеты дальнего радиолокационного обнаружения «ЮВИ-2».


Самолет ДРЛО WV-2

Наши радио­разведчики временами отмечали одновременное нахождение в воздухе до четырех таких самолетов. Корабли и самолеты почти непрерывно молотили своими радиолокаторами, и несколько раз нам пришлось уклоняться срочными погружениями, когда сигнал РЛС становился достаточно сильным.

Плановые погружения проводили по боевой тревоге с заполнением цистерны быстрого погружения для скорейшего отрыва от бушующей поверхности воды. От погружений и всплытий на курсах против волны пришлось отказаться после первой же попытки из-за опасности разрушения ограждения рубки многотон­ными ударами волн. Эти маневры выполняли, ложась курсом по волне. Но океан и тут проявлял коварство, особенно при всплытии, неожиданно полностью накрывая лодку набегающей с кормы волной. В один из дней при таком всплытии я отдраил верхний рубочный люк и, выйдя на мостик, начал крепить люк специальным крюком в открытом положении. Подкравшаяся с кормы волна захлопнула люк, и лодка полностью ушла в воду. Меня оторвало от крюка и прижало к крыше мостика, к счастью не выкинув за борт. Мелькнула мысль: «Вдруг в центральном посту подумают, что командир задраил люк для срочного погружения (мы как раз находились на линии американского рубежа) и, дрогнув, откроют клапана вентиляции без команды. Ведь лодка погрузится моментально!» Мысль, хотя и романтическая, оказалась бредовой, волна сошла, опустив меня на мостик, и, слегка придушенный ею, выплевывая соленую воду бросился отдраивать люк.

Наблюдение за окружающей обстановкой в подобных условиях практически исключалось. Ни радиолокация, ни акустика ничего дать не могли. Визуально оглядеть пенящийся горизонт можно было, когда лодка из ущелья с темными стенами воды взмывала на гребень волны, чтобы через несколько секунд, завалившись на другой борт, снова провалиться в пропасть. В определенной степени помогала информация, которую принимали на телетайп от американского центра в районе Сан-Франциско. Центр собирал информацию о месте и элементах движения от судов, находившихся в Тихом океане, обоб­ал и в определенные сроки выдавал в эфир. С определенной степе­нью достоверности можно было ориентироваться, есть ли поблизости какой-нибудь мореплаватель. Помогали и данные собственной радиоразведки.

С погружением народ оживал. Замеры длились 2—3 часа. За это время коки готовили немудреный харч, устранялись различные неполадки в работе механизмов, на неостывших от работы дизелях подсушивалось промокшее обмундирование. Это время я считал самым спокойным и позволял себе час-полтора поспать, оставив в центральном посту вахтенного офицера. Но даже во сне мозг автоматически отмечал команды и доклады, передававшиеся по корабельной трансляции.

Замеры производились на глубине 100 метров. В сильный шторм на этой глубине ощущалась медленная плавная качка по 2—3 градуса на борт.

По завершении работы команда: «По местам стоять, к всплы­тию!» — мигом стирала с лиц улыбки. Один из специалистов научной группы по этой команде ничком ложился на палубу, закрывал уши ладонями и отключался до очередного погружения.


Внимательно прослушивая водную толщу гидроакустикой, всплы­вали на глубину 30—40 метров. Здесь шторм хозяйничал вовсю, и лод­ку валяло почти как на поверхности. Быстро проскочив до глубины 10 метров, осматривали горизонт в перископ и всплывали в позиционное положение. Командир отдраивал люк, выбирался на мостик, обозревал окрестности, вдыхая свежий воздух, напоенный влагой и солью, и командовал пустить дизель на продувание выхлопными газами всех цистерн главного балласта. Цикл «погружение—всплытие» повторялся в среднем два раза в сутки все четыре месяца плавания.

К концу первой недели плавания основная часть экипажа уже не укачивалась и втянулась в режим походной жизни. Появился здоровый аппетит. Вечерами начали осваивать проведение киносеансов кормовом отсеке для свободных от вахты и работ. Киноаппарат и экран привязывали, зрители сохраняли равновесие подручными средствами.

В середине декабря организовали первую баню. По два человека помещались в душ второго отсека, горячая забортная вода подавалась из штатного водонагревателя, а для ополаскивания выдавался чайник пресной воды на двоих. На поход получили специальное мыло, хорошо действующее и в соленой воде. После двух недель соленой сырости — блаженство!

*   *   *
По мере продвижения к югу и выхода из полосы судоходства между Гавайскими островами и побережьем США обстановка становилась более спокойной, погода улучшалась, океан начинал оправдывать свое название. Появилась возможность заняться устранением неисправностей вне прочного корпуса, пока еще небольших: протечек сальниковых уплотнений выдвижных устройств и приводов, негерметичности газовых захлопок дизелей, свищей на трубопроводах.

От параллели Сан-Франциско пошли вдоль побережья Северной Америки милях в 600—700 от него. Установленная по временной схеме импортная аппаратура для определения места по иностранным радионавигационным системам с самого начала работала ненадежно, а после штормов и сырости отказала совсем. Основным способом определения места, как и у Колумба, стала астрономия. В утренние и вечерние сумерки командир и оба штурмана определяли место по четырем звездам, днем штурмана определялись по солнцу. Каждому вахтенному офицеру вменялось определиться не менее раза за вахту. Руку набили здорово. По завершении похода и получении обработанных результатов ученые-гравиметристы поблагодарили нас за навигационное обеспечение измерений.

Вахтенным офицерам с началом похода я поставил задача: первый месяц всеми маневрами по погружению и всплытию управляет командир, второй — работают вахтенные офицеры под руководством командира. Далее они должны быть готовы действовать вполне самостоятельно под контролем командира. Постоянная учеба и богатая практика дали результат, и во второй половине похода вахтенные офицеры уверенно управляли всеми маневрами корабля под моим контролем. Конечно, в сложных и нестандартных ситуациях, например, при дозаправках с танкера, управлял всем только командир.

21 декабря пересекли северный тропик и вошли в экваториальную зону. Температура воздуха и воды стала быстро повышаться. Переход от недавнего холода и сырости к жаре и солнцу довольно резкий.

Народ помаленьку разоблачается. В подводном положении форма одежды — трусы и полотенце через плечо. Вахта на мостике в домашних рубашках, чтобы не сгореть на солнцепеке. До тропической формы в те времена еще не додумались.

Океан тих, задумчиво величествен и неописуемо прекрасен. Утром в тропиках Солнце, вырвавшись из-под темной черты горизонта, почти вертикально устремляется к зениту, сразу разгоняя ночную прохладу. Безлюдно, безбрежно! На компанию мы и не напрашиваемся, от нее надо нырять в глубину. Вполне достаточно летучих рыб, стай­ками вылетающих из-под форштевня и грациозно парящих над водой, крупных чаек, лениво взмахивающих белыми крылами и другой, зача­стую неизвестной нам живности, иногда проносящейся в воде.

Неторопливо стучит дизель. Обычно один, редко — два. Три — никогда, экономим. Укладываются за кормой мили в кильватерный след, а впереди их еще много-много.

Краски неба перед заходом солнца потрясают невыразимой красо­той. Цвета быстро меняются по мере приближения светила к горизон­ту. Вот оно отвесно ныряет в океан, иногда даря зеленый лучик. Короткие тропические сумерки, темно-красный занавес гаснет над ушедшим солнцем, быстро наступает темнота, а, точнее, чернота, в которой особенно яркими кажутся вспыхнувшие звезды. Красота!

Днем иногда налетают тропические ливни. На безоблачном небе у горизонта вдруг появляется темное пятно. Быстро приближаясь, разрастается в черную тучу, из которой обрушивается буквально сте­на воды. 10—15 минут в мире нет ни неба, ни солнца, ничего! Всемир­ный потоп! Внезапно ливень прекращается, и как будто ничего не было. Вахтенные офицеры наловчились, увидев приближение такого потопа, оповещать отсеки, и свободные от вахты выскакивали на мостик помыться пресными струями на дармовщинку. Оставшиеся намылен­ными к неожиданному прекращению небесного душа, споласкива­лись соленой водичкой.

Вечером 31 декабря по корабельной трансляции организовали новогодний концерт самодеятельности. На столике вахтенного цент­рального поста появилась миниатюрная елочка, сооруженная умель­цами из докторских запасов ваты и зеленки. Перед наступлением Нового года накрыли праздничный ужин с двухдневной нормой сухого вина, я обошел отсеки и поздравил моряков, по трансляции зачитали праздничный приказ. В завершение — коллективный перекур на мо­стике и добрые русские песни под аккомпанемент дизеля в бархатной черноте тропической ночи.
Новый год вступил в свои права. В сеанс радиосвязи получили новогодние поздравления от Главнокомандующего ВМФ и командующего подводными силами ТОФ. Около 16 часов 2 января пересекли экватор и на пару часов легли в дрейф, чтобы отпраздновать это событие, а заодно, совмещая приятное с полезным, отремонтировать очередную газовую захлопку дизелей.

В роли Нептуна выступал старпом со свитой из трех чертей. Все  - в соответствующей экипировке, включая трезубец царя морей и рога его свиты. Торжественное действо происходило на кормовой надстройке, где черти крестили первопроходцев экватора из пожарного шланга, а Нептун причащал глотком сухого вина. Ведром этого вина откупился командир, отвечая на вопросы владыки, откуда, куда и зачем путь держат мореплаватели. Несмотря на тихую погоду, один из чертей умудрился сыграть за борт, но тут же был выдернут из родной стихии и возвращен на палубу.

Как и положено, все перешагнувшие экватор получили памятные Грамоты.

Кстати, о роли вина в подводном рационе. Существовавшая норма — 50 грамм сухого вина в день. Кажется, пустяк. Однако, когда пару дней вино не выдавали, создавая запас для экватора, аппетит у всех резко упал, и половина обеда полетела за борт. После встречи с «Певеком» с белой завистью узнали, что у них норма 300 грамм в сутки, правда, только при плавании между тропиками. По словам соседей, разбавленное водой, сухое вино отлично утоляет жажду.

Температура воздуха в окрестностях экватора 26—28 градусов, воды, практически, такая же, мало изменяющаяся до глубин 80- 100 метров. В отсеках после погружения жарко, влажно и душно. Во втором и четвертом до 30 градусов, в пятом и шестом (дизельном и электромоторном) до 40, в выгородке камбуза - до 60. При зарядках аккумуляторной батареи температура электролита приближается к предельным значениям, а в подводном положении быстро нарастает содержание водорода в аккумуляторных ямах. В целях профилактики кожных заболеваний доктор каждый день обходит отсеки, выдавая для протирки марлевые тампоны, смоченные спиртом, в котором растворено нечто, полезное для кожи и вредное для употребления внутрь. Если в северных широтах, да еще в шторм, все мечтали о погружении, то теперь - скорее бы всплыть, чтобы провентилировать отсеки и сдуть с себя пот. По-настоящему отдышаться можно лишь ночью в надводном положении, когда воздух становится прохладным и, кажется, даже приобретает особенный вкус.

После вечернего чая и перекура на мостике, наиболее подходящее время отдыха. Для желающих в седьмом отсеке показывают кинофильм. Наиболее понравившиеся ленты крутят по второму и третьему разу. Можно почитать книжку. Интеллектуалы морщат лбы над шахматной доской. Не желающие напрягать извилины, режутся в «козла», который, как считается на флоте, по умственному напряжению занимает второе место после перетягивания каната.

*   *   *
6 января точно в назначенной точке, примерно на параллели Панамского канала, в установленное время встретились с ТН «Певек». Всеобщее ликование, взаимные приветствия, и танкер, заняв место на левом траверзе, пошел вместе с нами. 40 нелегких суток одиночного плавания позади, и мы уже не одиноки в безбрежном океане. Вот она, частица Родины, красивое судно под красным флагом, следует рядом, и на нём - друзья, готовые помочь в любой ситуации. Конечно, на душе повеселело!



Большая дизельная подводная лодка проекта 611 в океане

На другой день с утра и до захода солнца провели первое пополнение запасов на ходу. Погода благоприятствовала, ветер почти встречный до четырех баллов, море до трех. Танкер шел заданным курсом и скоростью около 4-х узлов. Мы заняли место у него на правом траверзе метрах в 15—20, уравняли скорость и приступили к работе. Сначала приняли с танкера топливный и водяной шланги и присоединили их к приемным патрубкам в ограждении рубки, затем соорудили канатную дорогу для приема грузов. С мостика танкера к нам на ограждение рубки протянули добротный манильский трос, по которому перемещалась скоба с прикрепленными двумя концами, один из которых протянут на танкер, второй - у нас. К скобе крепился груз, и скоба с ним перетягивалась концами в нужную сторону. Приспособление нехитрое, но дос­таточно эффективное. Все работы вели с ограждения рубки, на палубу никого не выпуская. Тесновато, но зато не возникнет необходимость выуживать из-за борта какого-нибудь поскользнувшегося.

Прием всех запасов велся одновременно. Управлять кораблем, еще не приноровились, удерживая столь малое расстояние до танкера, наблюдая за натяжением концов и шлангов, было нелегко и требовало внимания и быстрой реакции, особенно от командира и рулевого.

Поработали весьма продуктивно и получили ценный опыт. Приняли около 150 тонн дизельного топлива, 10 тонн пресной воды, 50 ящиков и мешков с продовольствием, 100 кг свежего хлеба, выпеченного на танкере, кое-что из ЗИПа. Обменяли с десяток кинофильмов и передали в стирку постельное белье. После окончания работы колени у меня буквально подгибались от усталости, настолько напряженным был день.

Через день по такой же схеме доприняли пресную воду, продоволь­ствие, свежий хлеб, ЗИП и выстиранное белье. Комфорт в Тихом океане!

По окончании приема пресной воды переключились на пресную мытьевую воду, которой на танкере было около 1500 тонн. В ограждеиии рубки соорудили душ и на него подавали эту воду. Повизгивая от восторга, моряки, наконец, по-настоящему помылись, благо воду можно лить сколько душе угодно.

*   *   *
13 января пересекли тропик Козерога. Хорошая погода позволила переправить на танкер для отдыха первую группу моряков. Основание для отправки в «санаторий» — рекомендация нашего доктора. Начинает проявляться усталость и нервное перенапряжение.

Легли в дрейф метрах в 50 от «Певека». На его катере доставили нам людей из дублирующего экипажа на замену, а обратным рейсом взяли наших. Вся опера­ция заняла не больше часа.
И офицеры, и матросы уходят на танкер в рабочем платье, без знаков различия, без документов. У капитана танкера на каждого - паспорт моряка и судовая роль преподавателя или курсанта мореходного училища. Гардероб без фантазий — каждому по серому костюму с рубашоночкой, серой шляпе и желтым ботинкам.

Всего за время похода на отдых отправляли пять групп, каждая из которых отдыхала по 7—8 дней, в зависимости от возможности замены и по условиям погоды. Из старшин и матросов не заменялись только шифровальщик и кок, а из офицеров — командир, старпом, помощник, оба штурмана, командир БЧ-4 и доктор. Из прикомандированных — руководитель научной группы с одним из сотрудников и гидрометеоролог. 28 февраля сняли с танкера последнюю группу, и до возвращения на базу шли со штатным экипажем. Естественно, по подготовке специалисты второго экипажа, особенно из БЧ-5, уступали нашим, и приходилось дополнительно их контролировать. Некоторых неисправностей по вине сменщиков избежать не удалось.

*   *   *
С подходом к «ревущим» сороковым широтам в южном полушарии погода начала ухудшаться, а количество неисправностей - возрастать. В основном неполадки в работе дизелей: прогорание уплотнительной резины на газовых трактах, трещины в газопроводах. Хорошо, что имеем три дизеля. Поочередно один стучит, другой бережем для зарядки аккумуляторов, третий латаем. Менять прогоревшую резину, без чего погружаться нельзя, становится все труднее, мотористам приходится работать в тесном, непре­рывно заливаемом пространстве, а температура воды понизилась до 12 градусов. В один из дней такой ремонт занял 9 часов непрерывной работы трех человек, поочередно сменявших друг друга. Чтобы уменьшить заливание волнами места работы и приподнять корму, пришлось притопить нос, частично заполнив носовые цистерны, и в таком неуютном положении удержи­вать лодку малым ходом против волны.

*   *   *
К исходу 25 января вышли на параллель 60 градусов южной широты и повернули на запад. Южная граница похода — предместья Антарктики! Насколько мне известно, ни одна из советских лодок в эти широты до нас не забиралась. Находясь на глубине, перед всплытием обследуем носовой сектор гидролокатором с расчетом обнаружения возможных обломков айсбергов. Вероятность невелика, но для очистки совести помогает.

Погода — дрянь, и условия плавания такие же, как в начале похода. Правда, народ почти не укачивается. Попривыкли, да и работы прибавилось. Ветер и волна то усиливаются, то стихают совершенно непредсказуемо, и прогноза погоды на эти районы получить не от кого. Почти все время — длинная океанская зыбь. Впоследствии мне довелось плавать и в Атлантике, и в Индийском океане, но такой зыби больше не встречалось. Когда лодка, вскарабкавшись на гребень, устремляется вниз — полное ощущение, что летишь с длинной горы на огром­ных санях.

Ветер постоянно завывает со скоростью 12—14 м/сек, достигая порой величины 25—26 м/сек. Один раз зафиксировали рекордно низкое за поход атмосферное давление 714 мм ртутного столба. «Певек» мужественно держится на траверзе милях в 5—6 с подветренной сто­роны, чтобы не снесло на нас, когда погружаемся. Обстановка у него тоже не круизная. Подумалось, если наши дизеля в одночасье выйдут из строя, он нас на буксир возьмет, а вот если его единственный двигатель скиснет, то мы его не потянем. Не дай бог!

Утром 31 января добрались до 111 меридиана западной долготы и, в соответствии с планом, повернули на север. Свершилось! Половина похода за кормой! Судя по всему, вторая половина в лучшую сторону отличаться не будет — неисправности становятся все круче. Рассоединился привод носовых горизонтальных рулей, добраться до которого можно, лишь разобрав специальный колпак вне прочного корпуса. Стали заедать клапана вентиляции цистерн главного балласта, что чревато неприятностями, особенно при погружении в штормовых условиях. Очевидно, время и вода вымыли смазку, добавить которую можно только с палубы. Трое суток, выбирая время в подводном положении, мотористы меняли лопнувшую массивную крышку одно­го из цилиндров среднего дизеля. Под водой лодка быстро тяжелеет из-за значительных протечек в трюм дизельного отсека и центрального поста. Приходится непрерывно гонять помпы на осушение трюмов и применять различные нестандартные приемы, чтобы удерживать глубину и не срывать замеры. А погода свирепствует! Работать на палубе и в надстройке невозможно. Мрачно, сыро, солоно и матерно! Скрипим зубами, но бодрости духа терять нельзя — история не поймет, да и деваться все равно некуда.

*   *   *
Нептун смилостивился лишь 4 февраля. Разом стихли ветер и вол­нение, осталась только длинная зыбь. Легли в дрейф, продолжая за­рядку аккумуляторной батареи, и развернули работу по всему фронту на верхней палубе и в надстройке, полагая за день управиться, Самое сложное — вырезать электрорезкой кусок палубы, добраться до кол­пака носовых рулей, разобрать его и устранить неисправность. Но не тут-то было!

Около полудня с «Певека» сообщили, что в 15—20 кабельтовых от борта достоверно наблюдали перископ. Этого нам только не хватало! Решил для начала разобраться, что это за подводная лодка, и попробовать оторваться, если она дизельная. Работы пришлось свернуть. Легли с танкером курсом на пролив Дрейка, имитируя движение в Атлантику, и пошли ходом 11 узлов. Часа через четыре одновременно застопорили ход. Расчет простой, если лодка дизельная, она отстала, если атомная, то, потеряв наши шумы, всплывет под перископ, чтобы осмотреться. Включили радиолокационные станции и выставили до­полнительных наблюдателей. Минут через 15 между нами и «Певеком» с приличным белым буруном появился перископ, и акустики зафиксировали шум турбины. Все ясно, за нами увязалась американ­ская атомная лодка. По анализу разведывательной информации, ско­рее всего, ПЛА «Сарго». Отрываться от нее нашим ходом 8—10 узлов бесполезно.


Атомная подводная лодка США «Сарго»

Детально допросив капитана танкера, что и кому они доносят по радио, выяснил, что ежесуточно открытым текстом дают свои координаты во Владивосток. А мы пытаемся соблюдать полную скрытность, лишь изредка давая короткие шифрованные донесения с использованием сверхбыстродействующей радиоаппаратуры! Интересно, какой глубокий смысл заложили штабы в такую организацию? Кроме того, оказалось, что когда «Певек» еще только следовал в точку встречи с нами, радиоцентр в Сан-Франциско предложил ему давать ин­формацию о своем движении для учета в обобщаемых данных о судах в Тихом океане. Танкер отказался. Надо полагать, что все это, с учетом нестандартного для торговых судов маршрута, вызвало интерес разведки ВМС США, и появление американского атомохода в нашей компании — результат этого интереса. Маскировать маршрут в таких условиях смешно.

Решил снова вывести лодку на заданный маршрут, на ходу продол­жить ремонтные работы, пока погода не передумала, а ночью попол­нить все запасы под завязку, на случай непредсказуемых обстоятельств.

Через радиостанцию «Певека» дал подробное донесение в штаб флота с предложением разойтись на время с танкером и оторваться от слежения. По моей оценке большого труда это бы не составило. Еще раз наблюдали перископ, идущий прямо нам в борт и отвернувший под корму с дистанции 5—6 кабельтовых. Игривый, видать, мой американский коллега!

С наступлением темноты начали заправку по обычной схеме, подсвечивая прожекторами. К началу утренних сумерек завершили все ремонтные работы, пополнили запасы, срочным погружением ныр­нули под танкер, увеличивший ход, и на некоторое время затаились на глубине 100 метров. Пусть американцы почешут затылки.

В последующие два дня получили несколько радиограмм из штаба флота, смысл которых сводился к следующему: продолжать действо­вать в соответствии с прежним планом, об участии наших подводных лодок в работах Международного геофизического года объявлялось в открытой печати. Что касается ПЛА «Сарго», то американцы отрабатывают ее, как противолодочную, а потому необходимо усилить бдительность. Последний тезис, очевидно, надо было считать самым ценным. В дальнейшем, по данным нашей радиоразведки, полагали, что какое-то время эта ПЛА, возможно, следила за нами, тем более, что мы двигались в направлении ее базы Перл-Харбор на Гавайских островах.

*   *   *
Приближаемся к тропикам, погода улучшается. 10 февраля капитан танкера предложил швартовку к его борту. Ветер — 3 балла, море — 2. «Певек» сбавил ход до 3—4 узлов, мы довольно спокойно пришвартовались к его наветренному борту и продолжили движение вместе. Одну боевую смену сразу отправили в баню на танкер, начали прием моторного масла и намеревались грузить продукты. К сожале­нию, счастье оказалось недолгим. Зыбь усилилась и стало рвать швартовы. С грустью наблюдая, как начинают выворачиваться швартовые утки и гнуться кнехты, мы с капитаном решили, что пора шабашить. По боевой тревоге полуголые подводники выскочили из бани, и корабли разошлись.

*   *   *
Если в первой половине похода ремонтных работ хватало, то во второй — ни дня без ремонта. К упоминавшимся неисправностям прибавились отказы трюмных помп, компрессоров воздуха высокого давления, течи сальниковых уплотнений, заеда­ния муфт на линиях валов. Был момент, когда в течение двух суток в строю оставался только один дизель из трех. В эти дни заменили последнюю из двух имевшихся в запасе цилиндровых крышек дизелей. Еще две есть на танкере, но детальный анализ их размеров привел к грустному выводу — ни в один люк они не пролезут. Пришлось глубоко задуматься над очередной головоломкой.

«Певек», по согласованию с нами, периодически полным ходом уходил вперед, ложился в дрейф и проводил регламентные и ремон­тные работы. Нам приходилось все делать на ходу. Теснота, трудность доступа к большинству механизмов и устройств, жара, влажность, нервная и физическая усталость моряков значительно затрудняли проведение работ. Особенно достается мотористам и трюмным. Да и другим немногим легче. Как-то я в весьма корректной форме сделал замечание командиру отделения радиометристов за ошибочные действия. Парень грохнулся в обморок! Хорошо, что успели его подхва­тить, а то разбил бы голову.

Привычка не допускать по отношению к подчиненным крика, грубости, тем более матерщины, которую старался воспитать в себе с первых дней командирской деятельности, сейчас особенно пригодилась. Этого же постоянно требовал от офицеров. Спокойные деловые взаимоотношения даже в сложной обстановке позволили все время похода поддерживать благоприятный моральный климат в экипаже. Конечно, давалось это нелегко. Командир — мозг корабля. На него замыкается вся позитивная и негативная информация, внешняя и внутренняя, на основе анализа которой он единолично принимает решение. В жизнь решение претворяет экипаж, который должен ве­рить командиру. Его спокойствие, уверенность, бодрость немедленно передаются всем и являются важнейшим фактором успеха. И хотя у командира нервы тоже не железные, стоит помнить, что самый маленький юмор гораздо полезнее самой извилистой ругани, тем более, грубой и хамской.

*   *   *
Пересекли южный тропик, снова вошли в экваториальную зону. Снова в отсеках 35—40 градусов, до предельных значений доходит температура электролита в аккумуляторах при зарядке, а содержание водорода в отдельных аккумуляторных ямах 3 % (при четырех процентах, как известно, образуется взрывоопасная смесь), все это не радует. Постоянно приходится предугадывать возмож­ность ухудшения ситуации и предусматривать «поправки на дурака».

В один из дней для регулировки клапанов вентиляции кормовой цистерны главного балласта на кормовую оконечность палубы вышел старшина команды трюмных. Страховал его моряк, обвязанный бросательным концом, который держали еще двое, стоявших у ограждения рубки. Шли ма­лым ходом, волна не более 2—3 баллов, палубу не заливало. Вдруг какой-то неожиданный всплеск волны, и старшину буквально слизну­ло за борт. Объявили по лодке: «Человек за бортом!», мгновенно отработали полным ходом назад, и страхующий прыгнул в воду под­тянуть старшину к борту. Конец, видимо, перепревший, лопнул, и в воде барахтаются уже двое! Выудили их в считанные минуты, вода теплая, ребята испугаться не успели, а старшина даже пару гаечных ключей из руки не выпустил. Мороз по коже пробежал у меня, когда спустя полчаса у борта объявились сразу три акулы, метра по полтора- два длиной, и я представил, как бы мы поднимали из воды моряков в такой компании.

Один экземплярчик этой живности мы потом поймали, привязав к бросательному концу крюк с насаженной банкой консервов. Живучая зверюга: сгусток мощных мышц и пасть с острейшими зубами. Гурманы предложили изготовить акульи отбивные. Не рискнул! Огра­ничились акульими зубами в качестве талисманов.

*   *   *
После долгих размышлений, взвесив все «за» и «против», решили, что запасные цилиндровые крышки с танкера грузить необходимо, но сделать это можно лишь через люк в прочном корпусе, через который осуществляется погрузка аккумуляторов в базе, для чего придется вскрывать съемный лист прочного корпуса над вторым отсеком.

21 февраля, выбрав момент, когда волнение не превышало двух баллов, отрепетировав с исполнителями ход операции и предусмотрев все мыслимые меры предосторожности, доставили катером с «Певека» крышки, и на тросах вручную перегрузили их в прочный корпус. Опасность процедуры состояла в том, что погрузочное отверстие площадью почти в половину квадратного метра, находилось на высоте менее метра над поверхностью воды. Одна шальная волна, и масса соленой воды попала бы во второй отсек на крышу аккумуляторной батареи. Одна мысль о возможности такого события повергала меня в дрожь! К счастью, пронесло!

*   *   *
В День Советской Армии и ВМФ пересекли экватор. В ознамено­вание праздника днем принимали запасы на ходу, а душ из пресной воды с танкера оказался лучшим праздничным мероприятием.

*   *   *
Поскольку маршрут наш пролегал довольно близко от Гавайских островов, а скрытность плавания была потеряна, то период с 4 по 20 марта прошел в достаточно тесном контакте с ВМС США. Началось с того, что 4 марта, следуя в надводном положении, обнаружили перископ ПЛ слева 30 градусов в дистанции кабельтова четыре. Объявили боевую тревогу, оповестили танкер и продолжали следовать своим курсом. Перископ зашел нам в кильватер, повертелся там минут 20 и исчез. Судя по шумам — дизельная ПЛ.

На другой день повторилось то же самое в более опасном варианте. Только всплыли и начали продувать балласт на ходу, как слева 20 гра­дусов перископ в расстоянии не более 100 метров! Пришлось отвернуть вправо и «дать дорогу дураку». Перископ прошел вдоль левого борта буквально в 50 метрах, так, что под водой был хорошо виден корпус лодки. Даже если ее командир считал себя асом подводного плавания, то с предусмотрительностью у него явно не все в порядке. Выразить свои эмоции я не мог, но кулаком помахал. Конечно, не очень дружественный жест по отношению к коллеге, но что делать!

Около полудня 10 марта нас с «Певеком» несколько раз облетал противолодочный самолет США «Нептун» на высоте 50—70 метров, а минут через 40 после его ухода на горизонте обнаружили силуэт боевого корабля. Мы уклонились срочным погружением на глубину 100 метров и отворотом в сторону, а танкер продолжал движение прежним курсом. Часа через четыре, когда работа гидролокаторов корабля перестала прослушиваться, всплыли, установили радиосвязь с танкером, назначили время и точку встречи и продолжили свою работу.


«Нептун» - дальний патрульный самолет ВМС США.

В конце суток встретились, капитан сообщил, что в течение трех часов их преследовал американский эсминец «Браун», задавая различные вопросы типа «Где лодка?», «Куда идете?», «Предлагаю остановиться». Танкер не останавливался, в переговоры не вступал, а поднял несколько заведомо не разбираемых флажных сигналов, заставив, очевидно, американцев глубоко задуматься. Можно было ожидать всяких провокационных действий, война шла, хотя и холодная.

После погружения 16 марта для производства измерений, акустики обнаружили работу гидролокатора, а затем и шумы винтов дизельной ПЛ. Около полутора часов американец сопровождал нас в подводном положении, непрерывно работая гидролокатором, и, судя по силе сигнала, дистанцию держал небольшую. Мы не реагировали, выпол­няя замеры, хотя удовольствия от такого соседства не испытывали, убедившись ранее в безрассудном лихачестве американских подвод­ных ковбоев.

На следующий день уклонялись от американского сторожевого корабля, который сближался с танкером. 20 марта на линии воздуш­но-надводного барьера дважды облетывали «Нептуны» и раз — «ЮВИ-2». Уклоняться уже не имело смысла. Американцы, надо полагать, неплохо потренировали на нас свои противолодочные силы. Могли бы по-джентльменски и спасибо сказать!

*   *   *
В этот же день «Певек» запросил разрешения увеличить ход и уйти вперед для уклонения от приближавшегося, по их оценке, урагана. Дал им добро следовать прямо в Петропавловск, поскольку встречать­ся не было смысла, до базы оставалось меньше недели хода.

Ураган не ураган, но к исходу дня ветер достиг 20 м/сек, море 6— 7 баллов. Такая, не совсем курортная, погода с ветрами 15—25 м/сек, соответствующим морем, зарядами мокрого снега, переменной видимостью и облачностью сопровождала нас до 24 марта. Океан не давал расслабляться до последних дней похода. А мы уже не реагировали на океанские зуботычины. Одна мысль — «Домой!» Самые трудные пос­ледние дни ожидания перед возвращением в базу.

*   *   *
25 марта около 16 часов по носу лодки открылся долгожданный камчатский берег - вместо однообразной линии горизонта изломанная сопками черта берега, за которой родной дом!
В конце дня легли на грунт в бухте Русская в той же точке, что и перед началом похода для завершающей выверки гравиметрических приборов. 232-е погружение за поход! На грунте провели собрание экипажа с подведением итогов плавания. Утром всплыли. Курс в базу, в бухту Кра­шенинникова! И пусть вокруг заснеженные сопки, а не лазурь Средиземного моря, но это наша русская, советская земля, и никакой другой нам не надо!

У причалов черно от народа, построены для встречи экипажи подводных лодок, оркестр — все, как положено. Семьи, правда, для встречи тогда не допускались, начальственные умы еще не додума­лись. Аккуратно ошвартовались. Сошел на причал, докладываю ко­мандиру дивизии и чувствую, как рука подрагивает у виска, а земля вроде бы покачивается. Здравствуй, Родина! Позади 120 нелегких суток и 20 120 океанских миль, и мы дома!

Когда прошли первые сумбурные рассказы, охи и ахи, комбриг сказал: «Ну ладно, детали с завтрашнего дня, ступай домой, да не заблудись, адрес у тебя новый». Пока мы братались с Тихим океаном, семью переселили в отдельную двухкомнатную квартиру недавно построенного четырехэтажного дома. Первая в жизни отдельная квартира! Таня потом рассказывала, что в комбриг пообещал предоставить новую квартиру с нашим возвращением, на это она ответила, что не следует откладывать доброе дело на потом.

Описывать встречу с женой и детьми после подобной разлуки — надо быть романистом, который бы сам испытал такую встречу. Поцелуи, объятия, счастливые слезы жены, радостные мордашки сынишки и дочки, не понимающих, почему мама плачет и смеется, желание и невозможность все сразу сказать и спросить, ощущение, что огромная тяжесть свалилась с плеч, и начинается новая жизнь!

*   *   *
Через день торжественный обед в береговой столовой для всех участников похода, во время которого мы еще и еще раз сказали спасибо великое морякам «Певека» и подводникам второго экипажа. А дальше — отчеты, расчеты с тылом за съеденное и израсходованное добро, приведение корабля в божеский вид и масса береговых дел, от которых отдыхаешь в море. Наконец задумались, что пора бы отдох­нуть и на берегу. В те времена норм отдохновения после длительных походов еще не существовало. Основной части матросов и старшин предоставили дней десять «санаторного отдыха при казарме» под наблюдением врачей. Офицерам и некоторым старшинам и матро­сам по медицинским показаниям — неделю во флотском санатории «Паратунка» на горячих камчатских источниках. Семь человек мат­росов и старшин — в госпиталь. К счастью, без серьезных диагнозов.
 
*   *   *
За успешное выполнение задания правительства 17 человек из экипажа были награждены орденами и медалями СССР. Старшины и матросы — медалью Ушакова, офицеры — орде­ном Красной Звезды, командир — орденом Красного Знамени. Награды уже летом вручал командующий КВФ вице-адмирал Григорий Иванович Щедрин.


Узнав, что я представлен к назначению на должность начальника штаба бригады, он сказал: «Больше орденов получать не будешь, война — дело лейтенантское!» Если под «войной» Григорий Иванович имел в виду сложные походы, то тут он ошибся. Их будет достаточно, но этот для меня останется, пожалуй, самым трудным.


2006 год. Рудольф ГОЛОСОВ - в центре.

Статья подготовлена редакцией журнала «Атомная стратегия» по книге воспоминаний Р.А. Голосова «Продуть балласт!» (2008 г.) с согласия автора.



[1] Поход в Атлантическом океане выполнила ПЛ «Б-82» в сопровождении танкера «Вилюйск». Командир ПЛ – Геннадий Никитович Швецов, дублирующий командир – Иван Иванович Гуляев, научный руководитель экспедиции - Эдуард Михайлович Березин.- Ред.

[2] В ноябре — декабре 1955 года ПЛ «С-145» под командованием Р. Голосова выполнила поход в Японском море на полную автономность, без всплытия в надводное положение в течение месяца. Для дизельной ПЛ это была сложнейшая задача, которую раньше Тихоокеанский флот не решал. – Ред.
 

 
Связанные ссылки
· Больше про Время и судьбы
· Новость от Proatom


Самая читаемая статья: Время и судьбы:
О.Пеньковский - «шпион века» или «подстава» КГБ?

Рейтинг статьи
Средняя оценка: 4.92
Ответов: 13


Пожалуйста, проголосуйте за эту статью:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 17 Комментарии | Поиск в дискуссии
Спасибо за проявленный интерес

Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 22/02/2013
Моряки тогда были. Герои. Гравиметрию для ракетного оружия делали. Без неё воевать успешно трудно. Люди - кремень! И Родина была великая и могучая. Непобедимые люди непобедимой страны. Сегодняшние то морячки всё больше тонут или дохнут от аврий! А тогда побеждали, не врага, так стихию!
А потом и страну, и победы продали за колбасу! Все продали и предали. А теперь пидоры по городам толпами ходят и зовут всех свальным грехом через жопу заниматься!Кругом подлость, воровство и паскудство. И призывы: терпи, лишь бы не было войны!
Брехня! Нужна война!Очищающая,гражданская! Залить всё кровью и проверить всех, кто уцелеет, и понять до самой сути!
С наступающим вас праздником, предатели великой страны!
Боцман, грустный и пьяный.


[ Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 22/02/2013
Боцман, тебя тоже с праздником. Ты у нас как зеркало души, как кассандра, как святой грешник. Выпей за нас и за себя, за то, что потеряли мы, пропили, про..бли и проспали. Колбасы, правда, в магазинах стало - завались... 


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 22/02/2013
А что за контора - РАЕН? Кто её породил?


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 23/02/2013
Коллеги!

С праздником Вас!
Большая часть из нас - бывшие офицеры.
А поход без сомнения - подвиг, хотя с секретностью не все получилось конечно.
Я долго жил в Видяево (Урица) еще при СССР. мне близка и понятна была эта жизнь.

Уважаемый Боцман, я сегодня тоже помнул своих и не только - а и все остальных наших военных. И мне тоже грустно...

Ядерщик


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 25/02/2013
Смотрите фильм «Есенин» по Первому, сейчас, (2013022523.00) там идеи Боцмана (Николая Кудрякова) хорошо разобраны.  Да и пьянство, хоть по поводу праздника, хоть с горя – удел слабых, если только не призыв врагов.


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 24/02/2013
США заплачут от восторга, если у нас новая революция начнется.


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 24/02/2013
США заплачут от восторга, если у нас новая революция начнется.

Революция в России это:
- отмена конституции 1993 года
- пересмотр итогов приватизации, в том числе - национализация нефте- и газодобычи, национализация энергетической и транспортной инфраструктуры
- ограничение экспорта невосполнимых природных ресурсов
- изгнание с территории России отверточной сборки
- выход из ВТО
- выход из "болонского процесса"
- ограничение (вплоть до полного запрета) свободного хождения доллара
- инициирование военно-политического союза, который в самих США называют "Восточным НАТО", нормализация отношений с Белоруссией, развертывание военных баз на Кубе, во Вьетнаме, в Венесуэле

США будут в восторге.

Николай Кудряков.


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 24/02/2013
Ага, и хвосты у нас вырастут, и на деревья снова залезем. Не надо драматизировать, какие бы процессы в обществе ни происходили, оно не будет отказываться ни от чего, что прошло проверку временем.


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 24/02/2013
Обществу всего то и надо, что отказаться от подлости, от звериного права силы, и принять закон: один за всех и все за одного! Но путь к этому лежит через жестокую борьбу, кровь и смерть! И не каждый его одолеет! Но сделать это необходимо! Иначе подлецы сольют всех лишних в сточную канаву, как отработанный материал! А этих - лишних будут миллиарды.
Боцман.


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 24/02/2013
Добро победило зло, поставило его на колени и убило его? Христос говорил: не убий. Кровь и смерть только множат зло, подпитывают его. Зло опирается на ложь - с ней можно бороться истиной, зло опирается на запугивание и страх - с ними можно бороться смелостью и силой духа. Мир меняется, уважаемый Боцман.


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 24/02/2013
Уважаемый Гость, давайте, во-первых, как можно меньше ссылаться на мифологических персонажей. И давайте помнить, что уничтожение живой силы противника не есть убийство. Смелость и сила духа, к коим Вы призываете, без готовности и без умения преодолеть врага, без готовности попрать смерть смертью- досужая болтовня.

Николай Кудряков.
 


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 24/02/2013
Мне приходилось смотреть в глаза смерти и попирать смерть смелостью и силой духа, так что знаю, о чем говорю. (Хотя стрелять умею). Гость.


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 26/02/2013
" инициирование военно-политического союза, который в самих США называют "Восточным НАТО", нормализация отношений с Белоруссией, развертывание военных баз на Кубе, во Вьетнаме, в Венесуэле"

Нафига вам Белоруссия, Куба, Вьетнам и Венесуэла? Деньги, что-ли девать некуда, опять кормить отсталые страны, как это делали коммунисты, для создания видимости просоветского (пророссийского) блока? Мало, что-ли, в совке ухнули на это средств?


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 26/02/2013
Не только нам, а всем странам и народам, которые не относятся к "золотому миллиарду", необходима солидарность в обуздании этого самого миллиарда, этого "клуба жирных котов". 


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 25/02/2013
"Моряки тогда были. Герои. Гравиметрию для ракетного оружия делали. Без неё воевать успешно трудно. Люди - кремень! И Родина была великая и могучая. Непобедимые люди непобедимой страны. Сегодняшние то морячки всё больше тонут или дохнут от аврий! А тогда побеждали, не врага, так стихию!"

Ну, и победили? Победили американцы. К вашему сведению.

"Залить всё кровью и проверить всех, кто уцелеет, и понять до самой сути!"

Начнем с вас ;)


[
Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 25/02/2013
Ну очень познавательная статья! Спасибо авторам


[ Ответить на это ]


Re: Притяженье Земли (Всего: 0)
от Гость на 04/03/2013
В этой теме меня путают с весма уважаемым мною Николаем Кудряковым.Мне приятно, что по основным принципам наши точки зрения совпадают! Но каждый из нас выступает от себя лично, и мы реально разные люди! А совпадение мнений порядочных людей по важным вопросам говорит об объективности таких мнений!
Боцман (Владислав Альбертович Брач)


[ Ответить на это ]






Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(812)438-3277
E-mail: info@proatom.ru, webmaster@proatom.ru. Разрешение на перепечатку.
Сайт построен на основе технологии PHP-Nuke. Открытие страницы: 0.21 секунды
Рейтинг@Mail.ru