proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
Журналы Атомная стратегия 2021 год
  Агентство  ПРоАтом. 24 года с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





Обсудим?!
Способствует ли безопасности атомной отрасли закрытость (усиление режима)?
Да
Нет
Сильнее влияют другие факторы

Результаты
Другие опросы
Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС
Вышло в свет второе издание двухтомника Б.И.Нигматулина. Подробнее
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия» и сайта proatom.ru. Информация: (812) 438-32-77, E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
Время и Судьбы

[16/11/2005]     Общее Дело планеты

В.Н. Сагатовский, д.ф.н., проф. каферды философии и культурологии, Российский гуманитарный институт СПбГУ

Неповторимый уготован путь
Звезде, – цветку, – душе, – народу.
Д.Андреев


Пытаясь разобраться в первопричинах процессов современной глобализации – что в них от человеческого рукотворного проекта, а что от естественного эволюционного развития, мы обратились к Валерию Николаевичу Сагатовскому, философу, поэту, автору книг «Вселенная философа», трилогии «Философия развивающей гармонии» (ч. I Философия и жизнь, ч. II Онтология, ч. III Антропология), «Русская идея: продолжим ли прерванный путь?», «Есть ли выход у человечества?»; стихотворных сборников «Обрыв в голубизну», «В Миру и Дома».

– При обсуждении культур индийской, японской, китайской, западноевропейской, ни у кого не возникает сомнения, что они разные, имеют свои корни, традиции, нравы. Нам повезло меньше. Поскольку внешне русские мало отличаются от европейцев, считается, что и культуры наши настолько близки, что перенесение западноевропейских устоев на российскую почву пойдет российскому народу во благо и будет воспринято им безболезненно и однозначно. И что сие и есть приобщение к «цивилизованному миру». Хотя последствия подобного социального эксперимента Петра I до сих пор до конца еще не осмыслены.

– Когда речь заходит о культуре, русской, японской, американской, все обстоит гораздо сложнее. Следует различать культуру как неповторимый вклад в общечеловеческую сокровищницу, и среднестатистический портрет представителя данной цивилизации.

Говоря о базовых ценностях японской культуры, мы не можем утверждать, что каждый японец является их носителем. Но для японской, немецкой, американской культур их проявления достаточно типичны для многих представителей этих наций. Русским не повезло больше всех. Одни о нас судят по Пушкину, Чайковскому, Блоку, другие – по повседневному поведению среднего русского – его разболтанности, безответственности, необязательности. Характеристики достаточно контрастные.

– Я имею в виду не среднемассовые проявления, стирающиеся сегодня между представителями разных стран, а корневые основы, задавшие вектор развития той или иной культуры.

– Да, на бытовом уровне различия стираются. Но это не устраняет принципиальных различий в базовых культурных ценностях. Глобализация неизбежна (но, конечно, не такая, которая сейчас происходит), потому что земной шар технологически “сжимается”. Экономика, политика, культура – все взаимосвязано. И глобальные проблемы на планете общие. Не объединив усилия всего человечества, мы не решим проблем военных, демографических, экологических. Объединение, взаимодействие – это факт, с которым невозможно спорить.

Но пока это объединение происходит на инструментально-технологическом уровне, не затрагивающем аксиологический, мироустроительный аспект.

– Не только. Если у нас разная идеология, различные базовые ценности, мы никогда не сможем договориться о взаимоприемлемом использовании техники, экономики. Каждый будет тянуть одеяло на себя и вести себя как США на Ближнем Востоке.

Пока не произойдет радикальная переоценка ценностей, проект «глобализация» будет оставаться уродливым и извращенным, каковым сейчас он и является.

– А возможна ли в принципе глобализация ценностей? Ценности по определению субъективны. И согласно вашей же концепции принадлежат к субъективной, а не объективной реальности даже скорее к сакральной сфере, которая не существует без внутренней интерпретивной матрицы.

– Интереснейший вопрос. Его надо предварить ответом на вопрос: во имя чего будет происходить глобализация? Во имя интересов международного финансового капитала, максимума прибыли? Чтобы большая часть людей использовалась в качестве производителей для удовлетворения потребностей т.н. «золотого миллиарда», а остальные были бы не нужны вовсе? Такая глобализация чревата взрывом.

Ценности типа воли к власти, максимальной прибыли, максимального потребительства лежат в ее основе. Во имя чего? Чтобы быть первыми, властвовать над природой, больше производить, больше потреблять, больше развлекаться?

– Но такие «общечеловеческие ценности» принимаются далеко не всеми.

– Они подходят для «золотого миллиарда».

– «Золотому миллиарду» ближе не православная, а скорее протестантская культура.

– Если говорить о корнях, то, да, вы абсолютно правы. Этот вопрос подробно исследовал Макс Вебер, описавший корни протестантизма в крайне кальвинистской форме и то, что он назвал авантюрным капитализмом. Когда деньги и средства, предназначаемые первоначально для умилостивения Бога, сами стали новым богом.

Вот как описывает эту ситуацию Г.Торо: “Я не могу не видеть, что ради этой так называемой “богатой и утонченной жизни” надо прыгать выше головы, и я не в состоянии наслаждаться украшающими ее предметами изящных искусств, ибо мое внимание всецело занято прыжком”. (Торо Г. «Уолден, или Жизнь в лесу. М., 1979).

Эти ценности навязываются всему миру как “общечеловеческие”. Отсюда и все проблемы. На таком пути мы придем к экологической катастрофе, неизбежным военным столкновением, к усилению международного терроризма, поскольку его провоцирует подобная политика. Такая глобализация глобальных проблем не решает. Она чревата мировыми катастрофами. Вывод – прежде всего необходима переоценка ценностей. Им должны служить и экономика, и политика, и наука – техника, являющиеся лишь приводными ремнями развития человечества. Пока мы этого не поймем, глобализация будет ненормальным процессом, а подобием раковой опухоли, уничтожающей человеческую жизнь.

– Может быть самой природой, географией России была «предписана» православная культура с ценностной установкой умеренного потребления, не превышающего того, что могла родить земля, что мог вырастить на ней сам человек? Без роскоши, без экзотических излишеств.

– Но Россию же нельзя вырвать из мирового контекста. Она не может развиваться вне контекста глобализации.

Из-за слабости нашей внешней политики, ущербности экономики, отсутствия реальной идеологии Россия сегодня и миру не может предложить ничего серьезного. Не может претендовать на лидерство или партнерство на равных.

– В области экономики, да. Но может и не нужно этого лидерства, этого бесконечного выматывающего соревнования.

После ухода СССР из Черной Африки, она перестала быть интересной и для США. И местное население спокойно продолжает жить согласно своим традициям, а отнюдь не по законам западной цивилизации.

Осознание самодостаточности, определенной уникальности с необходимостью выводит из режима соревнования.


– Но Россию Соединенные Штаты не оставят в покое. Мы еще недостаточно слабы и «запущены», чтобы «сильные мира сего» оставили нас своим вниманием.

Говоря о лидерстве, я имею ввиду не экономическое соревнование. На нем мы уже погорели в свое время. Речь идет об идейном, аксиологическом, ценностном соревновании.

Что в этом мире будет задавать тон – воля к власти – ницшеанская ценность в ее грубом американском варианте? Или православная ценность – воля к любви, являющаяся основой русской культуры?

Что мы русские сделали, и что плохо знает (и не принимает) большая часть современной русской интеллигенции, которую Солженицын совершенно справедливо назвал «образованщиной». Мы не знаем достижений собственной истории. В книге «Русская идея: продолжим ли прерванный путь?» я показал, что ценностями, сформированными русской культурой, русской интеллигенцией, лучшей в смысле этого слова, являются не идеология власти, насилия, максимума потребления, а идея сотрудничества, ответственности, любви, – ответственности перед миром, любви к миру, к его совершенствованию. Вот то, что несла русская культура, и что находится в вопиющем, трагическом противоречии с реальной российской действительностью.

– Идеология ценности власти, максимального потребительства может увлечь индивидуума на какое-то ограниченное время, на самоутверждающемся отрезке жизненного пути, лет до тридцати. Ну, «хапнули», ну, наелись. А дальше что? Не могут же власть и потребительство стать смыслом всей жизни. Рано или поздно, перед каждым встает вопрос: «Зачем я? Для чего я живу?»

– Наши «элиты» сплошь состоят из того человеческого типа, который можно назвать прагматиками. А прагматики в идеологии не нуждаются. Они не обременены рефлексией и исканиями смысла жизни не занимаются. Просто стараются преуспеть по тем правилам, которые приняты в их среде сегодня. И больше ничего не надо. По Достоевскому они рассуждать не станут.

– Сегодня не станут. Но когда-то пресытятся участием в «тараканьих бегах», по правилам, навязанным их устроителем. Вряд ли будешь счастлив «в узде и под седлом».

– Ну, это их проблемы.

– Если бы… Их мировоззрение, образ жизни в качестве идеала – блестящей мишуры преподносится молодежи.

– И это страшно. Если интеллигенция, которая должна быть ответственна за базовые ценности культуры своей страны, не будет исполнять свой долг в истории, мы останемся только в исторических воспоминаниях. Очень часто идеи приживаются не там, где родились, а в совершенно других культурных ареалах. Неужели такое произойдет и с русской культурой? Может произойти.

– От тотальной агрессии индустриально-потребительской цивилизации Россию спасает наша удаленность и огромная пространственная протяженность, создающие своего рода мировой заповедник – чистого воздуха, лесов, плодородных почв, корневых, архетипических отношений к миру, к космосу. Конечно, не в больших городах с «асфальтовым» населением.

– На мой взгляд, это утверждение излишне оптимистично. Что мы сделали с великолепной природой, превратив ее в сплошную свалку? Что делается в нашей глубинке, кто сохраняет традиции? Старики, у которых на всю деревню четыре избы осталось? Или молодежь, убегающая в город и спивающаяся там.

– Но и среди молодых появляются самодостаточные, не рвущиеся за модой ребята, не стремящиеся покидать свой край – люди с корнями.

– Да, но составят ли они критическую массу, которая могла бы изменить стратегию развития России? Подхватит ли эту эстафету интеллигенция? Сможет ли она помочь формированию новой политической элиты?

Сейчас я не стал бы голосовать ни за одну партию. Когда в России сможет сформироваться новая политическая элита, достойная русской культуры? Пока этого нет и в ближайшее время не предвидится.

– Народ в России исторически мало ориентирован на власть и элиту. Мы живем по принципу: «Вы, маэстро, дирижируйте, что хотите, а мы играем свое». Это и создает определенный запас прочности стране, которой «не очень-то везет на власть». Природный разум предполагает жизнь по справедливости, а не по законам, списываемым с западных калек и самими же верхами нарушаемым.

– Так было, когда Россия была гигантской крестьянской страной. После трагедии раскрестьянивания все изменилось.

– Изменения коснулись, в основном, крупных городов.

– Да, но городское население в современной России составляет более 70%. Проживающие в маленьких провинциальных городках сохраняют эти архетипы. Может быть, они и отзовутся, если появятся те, кто призовет. А пока будут продолжать пассивно приспосабливаться, как все мы, терпя нашу бюрократию, стоя в бесконечных очередях за всевозможными справками.

Думаю, сейчас не стоит гордиться нашим долготерпением. Погибнем, если будем продолжать терпеть.

А кто может внести искру в эту ситуацию? Люди мыслящие, активные – не в выбивании максимальной прибыли и благ, а в идейном, ценностном, социально-политическом смысле. Вся надежда, что разрастутся, примутся эти отдельные ростки, точечные образования.

Пока же погоду делают совсем другие силы, к нашей культуре никакого отношения не имеющие. Манкурты. Они хуже работают, чем представители протестантской культуры, более жадные и душевно не укорененные в русской культуре.

– Эта неукорененность в своем месторазвитии говорит о том, что корней они не смогут пустить нигде, потому что не способны к душевным усилиям.

– Но погубят здесь все, что смогут. И переедут жить туда, где «сытнее».

– Вряд ли их там ждут. Некоторые искатели вожделенного еврокомфорта это уже поняли.

– Ждут тех, у кого есть деньги. Линия поведения наших так называемых «элит» – абсолютно тупиковая. Тревожит другое – где смена? В России всегда было много умных людей. Но переходим к делу, и где эти ростки? По-прежнему власть явно не у тех.

– Будучи приверженцем школы русского космизма и памятуя, что мы существуем во Вселенной – системе вращающейся (а значит, и процессами цикличными), думаю, что этот период дан нам как испытание, как отрицательный опыт, чтобы сделать соответствующие выводы – к чему стремиться, дабы не повторять западный вариант развития. Своеобразная прививка от заболевания с летальным исходом.

– Но успеем ли выздороветь? Силы, которые реально проводят глобализацию, могут нам этого не позволить. Они настолько монополизировали все и вся, подчинили мир своему контролю, что мы можем просто не успеть.

– Думаю, что законы космической эволюции, которые западной цивилизацией постоянно попираются, сработают по принципу бумеранга. Уже сегодня у т.н. «золотого миллиарда» внутренних проблем больше, чем с их окружением.

Человек – лишь одно из звеньев природной биологической цепочки, а отнюдь не законодатель планетарной эволюции.


– Да, благодаря «разумной» человеческой деятельности состояние земной биосферы таково, что мы можем подвести всю космическую цепочку.

– Глобализация на американский манер, по-детски возводящая в абсолют опыт своей цивилизации, предлагает и остальному миру превратиться в маргиналов-кочевников, утративших геомагнитные корни с местом рождения, месторазвитием. Отсюда и навязываемый примат экономики и техники, которые в отличие от духовной сферы, культуры создаются за короткий исторический период или просто заимствуются «с чужого плеча».

– Сделать всех людей кочевниками, конечно, противоестественно. Но можно ли в эпоху развитых межрегиональных связей эти миграционные потоки остановить? Это утопия. Хотим мы того или нет, но человек будущего своей внешностью будет похож на что-то среднее между китайцем и индусом.

Глобализация неизбежна. Но главное – как ее проводить. Не насилуя мир западными ценностями, которые ведут человечество к гибели, а в режиме диалога – не только экономического взаимодействия, торговли, технического сотрудничества, но и культурного взаимодействия, с уважением к ценностям других культур, без унижения и истребления «другого».

Джин выпущен из бутылки. Вряд ли какими-либо законами миграционные потоки можно остановить.

– Не запретить. Неокочевники должны представлять реальные для себя последствия этих перемещений. Как дерево не приживается на чужеродной почве, так и человек без корней становится в чем-то ущербным, другим, сколько бы славословий ни расточалось по поводу новой родины.

Массовые выезды новосибирских ученых в Силиконовую долину закончились полным духовным, да и материальным фиаско.


– Сейчас увеличение населения в США происходит за счет мигрантов из Латинской Америки, китайцев, индусов. А вот в ряде европейских стран население практически не размножается. Никакой идеологией не заставишь их делать это.

Антиглобализм в виде попыток вернуть все к старому порядку – обречен. Движение, направленное против глобальных игр зарвавшихся финансистов и политиканов, должно иметь позитивную идеологию, сформулировать новые цели – не максималистского, а оптималистского отношения к миру. Не «закуем землю в асфальт и будем развлекаться, потреблять и брать, брать, брать…», а то, что в русском космизме называлось софийностью – любовь к природе, ответственность за нее. То же в межчеловеческих отношениях. Разум дан человеку не для истребления окружающего мира, а для ответственности за его развитие.

Такая система ценностей должна органически прививаться, приживаться на планете. В русской культуре такая система ценностей наиболее репрезентативна, наиболее ярко выражена. Это необходимо для всего мира. А у нас – русских интеллигентов плохо обстоит дело с передачей нашей исторической эстафеты. Вот в чем беда.

– Может быть открытие «железного занавеса» провиденциально имело смысл не проникновения западной масс-культуры в Россию, а наоборот – распространения данной системы ценностей по всему миру? Пока, возможно, не в лучшем варианте, наши соотечественники разбрелись по планете, разнося в самые отдаленные уголки и русский язык, и какие-то элементы русской культуры. И ностальгические воспоминания о взаимопомощи, ответственности, инициативности не по указанию начальства (пример тех же новосибирцев в Силиконовой долине).

– Это проникновение российских талантов, но не ценностей русской культуры. В сегодняшнем мире востребованы, в основном, компьютерщики, физики, математики, а не гуманитарии. Сами гуманитарии даже в своей стране не выполняют историческую миссию по возрождению русской культуры, чтобы затем нести эти ценности в мир.

Россию захлестнули западные гранты. Работаем за западные деньги на их идеологию. А свой великий исторический задел не только для России, но и всего человечества не используем и не развиваем.

Сегодня мы живем в цивилизации, описанной Иваном Ефремовым в «Часе быка» – идеология максимума денег, максимума вещей, максимума развлечений. Как от эры разобщенных миров перейти к ноосферной цивилизации, представленной в его «Туманности Андромеды»? Без ценностей русской культуры сделать это невозможно. Для этого необходимо, чтобы эти ценности стали доминирующими для наиболее активной части российского общества, а затем распространились и по миру. Среди мыслящих людей во всем мире большой интерес к ценностям подобного рода.

– Технические нововведения быстрее передаются и усваиваются, чем гуманитарные. Они не имеют национальных основ. И не входят, по большей части, в противодействие с традициями, устоями, нравами. По-видимому, должен быть определенный временной лаг, чтобы системы ценностей одной культуры были востребованы в другой?

– С технической новинкой любой дикарь осваивается очень быстро: учится водить машину, стрелять из гранатомета, – но при этом остается дикарем.

Современная техническая оснащенность делает его только более опасным. А вот чтобы распространялись духовные ценности, нужна огромная целенаправленная работа, которая ни в России, ни в мире не ведется. Только в отдельных, узких кругах собираются интересные конференции, семинары, издаются прекрасные умные книги. Но это не то, что может изменить ход, вектор глобализации.

– В рай кулаками не загонишь. При выборе пути большую роль играет личный опыт, самоосознание, выстраданность решения. Чужой опыт мало кого научает. Многие нувориши вспоминают о своей прежней жизни, как о самом светлом времени. Американскому миллиардеру Полу Гетти приписывают афоризм: «Если у вас нет денег, вы думаете о деньгах. Если у вас есть деньги, вы думаете только о деньгах». Как это должно быть скучно!

– Вряд ли переоценка ценностей сегодня может приобрести массовый характер. История так не делается. Ценности сначала овладевают критической массой. Она не велика. По данным американских социологов, всего лишь 2-3% от общества. Но это должна быть духовная, интеллектуальная, организационно-политическая элита.

Если ценности овладевают ей, то они будут иметь определенные массовые последствия. А пока… Умные люди ведут интересные беседы. А мир движется со страшной скоростью совсем другим путем, к пропасти.

Ни в стране, ни в мире нет консорции (по Л.Н. Гумилеву) – группы единомышленников, единоверцев, обладающих пассионарностью, создающих ценности нового типа культуры нового этноса.

– Среди молодых появляются отдельные представители, для которых максимальное потребление начинает вызывать не только насмешки, отторжение, но и некоторую брезгливость. Ограниченный интеллект, нацеленный на потребительство, становится не моден. Что-то аналогичное движению яппи 80-х годов в США, когда молодежь отвергала сверхпотребительство, сверхнакопление отцов. Вплоть до аскетизма.

– Весь вопрос в том, как реализуется этот отказ. Чаще всего он идет в деструктивном направлении, в пользу наркотиков, ухода в виртуальную реальность. Если бы такой отказ сопровождался реализацией позитивных ценностей, это вселяло бы надежду. Потому что люди, сформировавшиеся в иных условиях, ситуацию уже не переделают.

– При ограниченности ресурсов (человеческих, финансовых, материальных), по-видимому, имеет смысл сконцентрировать усилия на отборе, подготовке учителей, которые могли бы передать молодым эстафету русской культуры.

– Выделение и объединение. Это и есть консорция. Что сейчас происходит на уровне масс? Изобразили “новых русских” полукарикатурными фигурами. А что представляют сами массы? Может быть они и не стремятся на Канары или к обладанию «Мерседесами», но живут-то теми же ценностями – «быть на уровне», побольше заработать, соответствовать моде, никому не доверять, «мой дом – моя крепость». И для достижения этого все средства хороши.

В США этому натиску сопротивляются трудоголические традиции протестантской культуры. А у нас? Православие такой существенной роли не играет, а только утешает. Пока не организуется какая-либо консорционная группа, которая сумеет пойти против течения, серьезных изменений ждать не приходится.

Сегодня образование прямо ориентирует нас на рынок, на то, что востребовано на рынке образовательных услуг. А это гибель культуры, гибель общества. Только самодостаточные люди, осознавшие ценности русской культуры, могут воспользоваться ее сокровищами и двинуться дальше. Но сколько их? Сумеют ли они выстоять под этим рыночно-криминальным напором?

Страшные же вещи происходят. Кто идет учиться на юристов? Не секрет. Но что будет через некоторое время?

– Недавно по ТВ показали колонию строгого режима, в которой заключенных со сроком до выхода более трех лет обучают на юристов.

– И говорят, что они хорошо учатся. Богатейшая практика, личный опыт! Когда такая структура затвердеет, успеют, сумеют ли отдельные мыслящие люди что-то этому противопоставить?

А такая система в процессе глобализации может затвердеть во всем мире. Финансовый капитал и его «шестерки» организуют глобальный контроль за мышлением и поведением. Антиглобалистскими демонстрациями дело не исправишь.

– В основе у каждого человека лежат глубинные человеческие ценности, которые при наличии нравственного стержня внешними обольщениями не сломаешь.

– А вы считаете, что у всех людей есть этот «стержень»? Люди делятся на три группы. У большинства – порядка, скажем, 80%-«стержня» нет. За них идет борьба в истории. Они могут пойти по пути строительства социализма, могут пойти за фюрером, Мао Цзедуном, Христом. Но почему-то чаще выбирают отрицательных лидеров. Это конформисты.

Остальные 20% – люди со «стержнем», составляют два полярных крыла. Те, у кого положительный «стержень», в любой ситуации стремятся мыслить, открывать новое, совершенствовать мир. Их можно сломить физически, но не духовно.

На другом крыле тоже люди со «стержнем» – но с преступным. Не в юридическом смысле, а в ницшеанском – пре-ступить закон, в смысле «Преступления и наказания» Достоевского. «Хочу быть Наполеоном и все».

Человек вообще – это абстракция. Люди очень различаются по своим «стержневым» установкам. Но власть-то принадлежит как раз третьему типу.

В 20-е годы Максимилиан Волошин дал такое определение революции: когда правящий класс уступает место криминальному классу, который становится правящим до очередной смены.

– И у Волошина речь идет о циклах. Отрицательный полупериод мы уже прошли. Значит…

– А что толку? Все равно к власти стремятся не лучшие люди. С точки зрения Б.А. Диденко власть в этом мире принадлежит особой породе людей – «хищникам», именно они чаще всего и приватизируют власть. Ожидать, что у них проснется что-то человеческое не приходится.

– Для того, чтобы защититься от хищнической природы власти, в России больше возможностей, чем в любой другой стране.

– Да, мы не столь образцовые исполнители как немцы или американцы. Но это лишь пассивный саботаж.

– У каждого сохраняются свои ценности – семья, интересная работа, познание нового. Корыстолюбие – не российский конек.

– Верно, конечно. Но то, что идеология максимума побеждает и у нас, это очевидно. Возьмите нашу интеллигенцию, вернее, «образованщину». Актуальнейший лозунг: «наслаждение новизной». Демонстрация эрудиции, всезнайства, цитирование модных авторов – не просто погоня за деньгами, как у «новых русских», но суть та же.

– Это все мишура, пена, не корневое.

– Но все более и более овладевающее умами масс-конформистов, гонящихся за модой: «так положено, потому что так делают все».

– Любая личность хочет оставаться индивидуальностью, а не быть «как все».

– Вы в этом уверены? Многие хотят просто «быть не хуже других». Индивидуальность нужна людям творческим, либо преступникам. А массовый человек выделяться из толпы не хочет.

– Тогда в чем смысл твоей жизни? В черточке между датами рождения и смерти, которые история походя сотрет ластиком?

– Большинство людей рефлексией не занимается. Не «зачем живу», а «живу не хуже других, и слава Богу».

В современной гедонистической, чувственной цивилизации (как назвал ее П. Сорокин), все больше господствуют принципы «после нас хоть потоп», «бери от жизни все», «однова живем». Люди не задумываются о будущем. Зачем обременять себя рефлексией, философией.

А вы распространяете идеалы творческого меньшинства на все человечество. Это иллюзия.

– В процессе онтогенеза каждый человек проходит периоды, когда для него значима оценка других, достижение определенного материального благосостояния, включение в определенный референтный круг – «не хуже других». Но все это преходящее, и перестает быть значимым по мере постижения и духовного взросления. Хочется достичь какого-то духовного озарения, просветления.

– У кого просветление, у кого – запой. Вспомните Громова в “Угрюм-реке”. С чего начинал и чем кончил? Потому что не видел цели. Такие люди не рефлексируют. Либо во всем первым, либо…

Есть такая американская книга «Введение в американскую культуру» (курс лекций для студентов), где провозглашается три базовых ценности: свобода, опора на себя, богатство, первенство во всем. А те, кто разочаровывается в жизни, уходят в пьянку, наркотики, виртуальную реальность, секты. Сходят с круга. А насчет просветления – очень сомневаюсь.

– Для цивилизации переселенцев “быть первым” может и является жизненно необходимой ценностью. Застолбить участок на бытовом клондайке. Но есть еще и бытийственная цель – а для чего все это? Зачем я?

В замечательном философском фильме Микаэляна «Влюблен по собственному желанию» герой Олега Янковского на экране телевизора видит малыша, плачущего на третьей ступеньке пьедестала почета после детсадовской эстафеты.

Если бы в жизни поменьше соревновались в тупиковых забегах в “мешках” (думаем, что они на ногах, а на самом деле – на голове), сколько сил, времени, эмоций сохранится для саморазвития, осознания уникальности своего пути, своего предназначения. Что может быть ужаснее, чем «за компанию» прожить чужую жизнь!


– Но какая для этого нужна перестройка сознания! Всю жизнь занимаясь спортивным бегом, я был убежден, что всегда надо стараться прийти первым. И только к пятидесяти годам начали созревать мысли: оглянись кругом – природа, бесконечное небо. Чувствуешь свой ритм, дыхание, зачем вгонять себя в штопор. Но это поздно приходит. У некоторых – никогда.

Обязательное условие решения глобальных проблем – отказ от гонки, гонки на максимум. Но психологически это очень сложно сделать.

– Если племя людоедов понимает, что сделанное ими – самое лучшее, самое ценное для них, то почему их «цивилизованным» собратьям нужно именно то, что есть у другого, у соседа, ближнего или дальнего?

– Людоеды до сих пор живут собирательством, в лучшем случае, местным производством. А Запад с конца XVIII в. живет массовым производством, где человек все больше и больше становится частью машины. А значит, индивидуальность все больше и больше гибнет.

Когда люди поймут, что дело не в максимуме власти, потребления, информации, а в оптимуме, в гармонии с природой, во взаимопонимании между людьми, во внутренней гармонии в душе, а не в победе в судорожных тараканьих бегах, тогда можно говорить и о просветлении. Но насколько современное общество от этого далеко.

Ценности русской культуры, максимально выразительно отраженные в творчестве Тютчева, Достоевского, других русских поэтов и писателей (и не только русских; возьмите американского мыслителя Генри Торо) остаются раритетами, музейными реликвиями.

А по жизни идет жестокая глобализация, превращающая людей в функции, «перекати-поле», кочевников, которые в поисках лучшей жизни, впечатлений, развлечений, работы, толпами перемещаются из одного региона в другой, нигде не обретая Дома.

Проявляет себя только верхушка игроков (типа Березовского), безжалостных, рисковых, ориентированных на крупный выигрыш.

Во имя виртуальных электронных счетов, во имя самоутверждения они могут жонглировать миллионами жизней, судьбами целых народов.

– Насколько такие цели могут «греть» человека? Взять того же Березовского. Человек вне родины. Близкого круга друзей нет. Отдавая должное его уму, задаешься вопросом: «А как жить без души?».

Одного из молодых «новых русских» в модном ток-шоу спросили: «А у вас есть друзья?». И в ответ: «Какие друзья?! Там же деньги».


– Ну такие люди далеко не пробиваются. У них еще остались и грусть, и совесть. Они слишком интровертированы. А игроки – без сантиментов, все в экстравертном порыве во власть, деньги, в победу.

– Как показали работы московских коллег (группа Г.П. Иванченко) в зависимости от космических циклов меняется суммарная экстравертированность-интровертированность общества.

– Это очень интересная информация. Но я думаю, что человек существо очень своевольное и меньше, чем другие живые существа подвержен космическому влиянию.

– Во всяком случае, думает, что меньше подвержен. Потому что в отличие от электрического тока, который при случае может и прилично ударить, магнитное поле (в данном случае геомагнитное) проявляет свое воздействие опосредованно, через психосоматические изменения.

– На мой взгляд, решающим образом влияет среда, в которой человек живет. Человек чаще делает выбор не по видовой программе, а зачастую в силу такого случайного набора обстоятельств, что и сам не может его объяснить.

– Как говорил классик, случайность есть непознанная необходимость. Космо-геомагнитные изменения придают своеобразие целым поколениям, целым регионам земного шара. Недаром А.С. Панарин ввел термины «поколение труда» и «поколение досуга». Кстати, американские яппи 80-х гг. подтверждение тому же.

– Идея цикличности изменения соотношения интровертов-экстравертов продуктивна. Если в определенном цикле появляется больше людей углубленных, вдумчивых, способных к рефлексии, это дает надежду на изменение ситуации. Хотя тут много дополнительных переменных, например, тип культуры: интроверт в Японии и в США, в Москве или провинциальной глубинке России. Это разные ситуации.

– И тем не менее, вся мировая история подтверждает цикличность, а не линейность развития. Слава Богу, проекты по изменению системы вращения даже Земли (не говоря уже о масштабах Галактики) человеку не удавались. Когда это поймут не только ученые, но и власть предержащие, осознают, что человек (и они в том числе) только лишь звено космо-гео-биосферной цепи, самомнение поубавится, а ответственность возрастет. Тем более, что «день оценивается к ночи, а жизнь – к смерти». И спрятаться в тот момент ни за кого не удастся. Ответ держать каждому самому. Во имя чего жил ты и страна, где тебе довелось родиться.

Валерий Николаевич, мы представили вас как философа и поэта. Не могли бы вы познакомить читателей с вашим поэтическим творчеством.


– Пожалуй, к обсуждаемой теме подойдет вот такое стихотворение 1998 г. из сборника “В Миру и Дома”:

Кончается XX век,
Кончается.
Стрела богов на тетиве
Качается.

И к ним решение придет,
Придет решение…
Одних возмездие в нем ждет,
Других – спасение.

И будет избран новый Ной.
Да будет избран!
Ковчег взметнется неземной
Над общей тризной.

Избегнем драмы в новый век,
Избегнем драмы, –
Коли сумеет тот ковчег
Уйти без Хама.


– Так и будет. Уверена в этом. Спасибо, что поделились с нашими читателями своими мыслями.

Т. Девятова  

 
Связанные ссылки
· Больше про Геополитика
· Новость от PRoAtom


Самая читаемая статья: Геополитика:
Правда об АЭС «Белене»

Рейтинг статьи
Средняя оценка работы автора: 3.66
Ответов: 3


Проголосуйте, пожалуйста, за работу автора:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 0 Комментарии
Спасибо за проявленный интерес





Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(921)9589004
E-mail: info@proatom.ru, webmaster@proatom.ru. Разрешение на перепечатку.
За содержание публикуемых в журнале информационных и рекламных материалов ответственность несут авторы. Редакция предоставляет возможность высказаться по существу, однако имеет свое представление о проблемах, которое не всегда совпадает с мнением авторов Открытие страницы: 0.07 секунды
Рейтинг@Mail.ru