На русском языке (pdf)
На аглийском языке (pdf)

Б.И.Нигматулин, д.т.н., первый заместитель директора Института проблем естественных монополий

Сначала о пятом блоке Курской АЭС. Вспомним, что еще в 2006 году в соответствии с поручением С.В.Кириенко была создана рабочая группа по определению целесообразности достройки энергоблока №5 Курской АЭС. На стол руководителя отрасли тогда легли выводы комиссии, из которых следовало: необходимый объем капитальных вложений на достройку составляет 19,5 млрд руб. Время  от момента начала крупномасштабных строительно-монтажных работ до включения энергоблока в сеть,  определенное комиссией, - 3 года.

С учетом инфляции за три прошедших года, сегодня стоимость достройки увеличится максимум на треть, т.е. составит 27 млрд руб.. плюс 10% на премиальный фонд и непредвиденные расходы, итого - 30 млрд руб., или $ 1млрд или $1000 за установленный кВт. (сегодня при строительстве новых блоков цена за установленный кВт достигает $4000). Сумма, указанная в письме А.М.Локшина – 47,4 млрд  руб,  однозначно включает в себя  коррупционную составляющую, как бы ни выглядело обоснование этой цены.  Таким образом, один из немногих профессионалов в руководстве Росатома поставил на кон свою репутацию: либо он покрывает коррупционеров, либо имеет в этой истории собственный интерес, если все-таки блок будет строиться. И в том, и в другом случае это предательство интересов отрасли. А.Локшин работал заместителем директора по экономике Смоленской АЭС, был мной рекомендован на должность директора этой станции после стажировки на АЭС «Дукованы» в Чехии, где он повышал свою квалификацию в области управления и экономики АЭС в рыночных условиях. Поэтому некомпетентность, искреннее заблуждение я исключаю в этом случае априори.

Достройка 5-го блока открывает перспективы для строительства 6-го блока с реактором ВВЭР и гидроаккумулирующей станции, что позволит использовать электроэнергию АЭС в маневренном режиме. Уже построенные гидротехнические сооружения и некоторые другие объекты снизят затраты на строительство четного – шестого – блока минимум на 20 процентов.  Т.е. 2 ГВт новых мощностей Курской АЭС стоили бы бюджету не более  $ 3,7 млрд, в то время как 2,3 ГВт мощности Нововоронежской АЭС-2, находящейся на расстоянии около 200 км от Курской,  обойдутся не менее $ 7,2 млрд. Проект НВАЭС-2 предусматривает возведение градирен, т.к. там дефицит воды для охлаждения конденсаторов турбин, в то время как на Курской АЭС, единственной станции в Европейской части России, нет проблем с водой. Возврат вложенных средств на курском пятом блоке начнется уже через три года, при сегодняшней инвестиционной надбавке к тарифу 35% срок окупаемости составит 12-15 лет, в то время как сроки ввода НВАЭС-2 весьма туманны (особенно второго блока), а окупаемость вообще не просчитывается, она отрицательна.

Ограничения системного оператора, на которые ссылается г-н Локшин, не аргумент, т.к. внедрение новых технологий передачи электроэнергии в высоковольтных сетях позволяет повысить пропускную способность их на 20%. К тому же если согласовано строительство новой ЛЭП от НВАЭС-2, непонятно почему нельзя было построить такую линию от Курской АЭС. Это было бы логично, и повысило бы надежность энергообеспечения Москвы и Московской области. Учитывая эти обстоятельства,  можно с уверенностью утверждать, Росатом пускает на ветер около 100 млрд руб. 

Основной аргумент против достройки пятого блока Курской АЭС – то, что он после 2035 года в течение 15–20 лет будет единственным действующим блоком с реактором РБМК, и возникнут проблемы с его эксплуатаций (топливом, запчастями). Но на это есть разумные аргументы,  которые не раз приводили директора АЭС - бывший Ю.И.Слепоконь[1], и действующий Н.М.Сорокин:

– В настоящее время заводы производят топливо для ВВЭР и РБМК, а также для единичных блоков других типов: Билибинской АЭС, Белоярской АЭС, Игналинской АЭС. Кроме того, на 5-м блоке будет дожигаться топливо остановленных блоков РБМК по уже освоенной технологии, что существенно снизит затраты на ядерное топливо для него.

– Опыт модернизации 1 и 2 блоков Ленинградской и Курской АЭС показал, что

проблем с обеспечением их заменяемыми узлами и оборудованием не возникало. Просто работа блока в период «одиночества» не должна остаться без поддержки, и своевременно могут быть созданы соответствующие заделы критических элементов оборудования и запчастей.

Но даже если 5-й блок КуАЭС будет остановлен одновременно с последним из смоленских в 2035 году, к этому моменту он уже себя уже окупит и даст прибыль.

Негативных заключений, которые ставили бы под сомнение возможность безопасной эксплуатации энергоблока с РБМК, никем не сделано. С точки зрения критериев безопасности и технических характеристик сооружение энергоблока было обосновано. Поэтому Госатомнадзор в 2002 году выдал разрешение на достройку этого блока и сегодня Генеральный конструктор РБМК – НИКИЭТ должен предоставить обоснование безопасности и технические характеристики достраиваемого блока. НИКИЭТ имеет в активе опыт 35-летней эксплуатации и модернизации таких блоков. В 2001 г. мы вместе бились и отстояли, предотвратили остановку первых двух блоков Курской АЭС, и мне непонятна пассивность института в вопросе достройки 5-го блока.  Если позиция института сегодня не будет четко и однозначно сформулирована,  это будет индикатором серьезного ослабления НИКИЭТ как Главного конструктора.

Позволю себе небольшое лирическое отступление. 27 октября отмечали 110-летие академика Николая Антоновича Доллежаля - выдающегося генерального конструктора в нашей отрасли. Он, как известно, сформулировал некий кодекс чести конструктора: приступая к работе, точно знать, что ты строишь, беречь деньги заказчика, иметь глубокие знания в своей области, не бояться ответственности. Конструктор должен быть уверен, что его творение работает как должно, его работа не заканчивается только проектом.  Так вот, негоже отмалчиваться последователям и ученикам Доллежаля, к коим я отношу и себя, сегодня, когда к руководству пришли некомпетентные люди и средства, выделяемые из бюджета на развитие атомной энергетики, тратятся столь неэффективно. Почему мы не слышим их голосов? Кто как ни они могут дать объективную экспертную оценку принимаемых руководством решений?

Я понимаю, ругать начальство – дело рискованное, но начальники приходят и уходят. А наша отрасль слишком опасна и в то же время так важна для безопасности и экономики  страны, чтобы легкомысленно доверить ее кому попало: незадачливому экс-премьеру, бывшему  мелкому банкиру или муниципальному чиновнику средней руки. В отрасли  традиционно высок авторитет должности. В сложившейся ситуации несоответствия личностей занимаемым ими должностям эта традиция может нанести непоправимый вред.

Взаимодействие специалиста с управленцем не может и не должно исчерпываться схемой «подчиненный – начальник».  Если научно-техническую политику Росатома сегодня определяет Петр Щедровицкий, имеющий образование методиста начальных классов,  как  он сам неоднократно публично заявлял, то у отрасли нет будущего, а настоящее очень тревожно. Об этом пишут и многочисленные  комментаторы proatom.ru и я с ними солидарен.

Непраздный, хотя и неудовлетворенный интерес вызывает  цена достройки четного – второго -  блока Волгодонской АЭС.  Расходование бюджетных средств по закону должно быть абсолютно прозрачным, доступным для контроля со стороны любого налогоплательщика. На момент начала работ по достройке 2-го блока ВДАЭС там имелись готовые гидросооружения, были выполнены частично строительные работы. На них еще в начале 2002 г. А.Полушкин получил 2 млрд рублей «живых» денег (эта сумма наличных во времена бартеров и взаимозачетов в сегодняшних реалиях соответствует ~ 6 млрд руб.).  На складах еще с советских времен лежало основное оборудование: корпус реактора, турбина, турбогенераторы, ГЦН и т.д., таким образом, 40-45% стоимости блока уже было профинансировано. Перед началом достройки стоимость работ оценивалась в 25 млрд руб., потом она увеличилась до 38 млрд руб. Хотелось бы знать сколько там реально «освоено» и сколько еще будет потрачено до сдачи в промышленную эксплуатацию.

Сложившаяся в отрасли система финансирования и контроля сроков выполненных работ провоцирует неограниченный рост цены на строительства атомных энергоблоков. Только из высоких кремлевских кабинетов можно не разглядеть причины, по которым строительство новых мощностей АЭС стали разорением для страны.  Аркадий Дворкович утверждает, что для Кириенко коррупция – вещь неприемлемая. Допускаю, что сам он чист. Но я обвиняю его в том, что при его руководстве в отрасли были созданы условия расцвета коррупции. И Кириенко, и Локшин и другие топ-менеджеры Росатома должны за это отвечать. И неважно, что генпрокурора сегодня  не имеет претензий к Росатому.  Необоснованный рост цен на строительство и оборудование для АЭС очевидно, также как и отсутствие надлежащего контроля. Наблюдательный совет, который регулярно игнорирует заседания и утверждает отчеты заочным голосованием, следует заменить независимым директоратом, как это принято в цивилизованном мире. А высокие государственные чиновники должны сосредоточиться на выполнении своих непосредственных обязанностей, не прикрывая свои авторитетом некомпетентность управленцев госкорпораций.

Три инжиниринговых центра сами составляют смету затрат, сами выбирают производителя, проводят квазитендеры. Российский рынок поделен между ними, реальной конкуренции нет. Строительно-монтажные организации либо уже аффилированы с руководством инжиниринговых центров, либо эти руководители стремятся получить контрольный пакет в обмен на выгодный заказ. Подконтрольные компании накачиваются деньгами, источником которых является федеральный бюджет. Аналогичные процессы идут и на предприятиях, производящих оборудование, материалы и услуги для АЭС. Собственники компаний вынуждены принимать такие правила игры из-за резкого сокращения заказов на оборудование и капстроительства в стране.

Благое намерение сократить сроки строительства энергоблоков АЭС, о котором заявлял  Кириенко в 2006 году, сегодня забыты. Наоборот,  все заинтересованы в затягивании сроков строительства. Руководителям это выгодно, т.к. инфляция позволяет «спрятать» нецелевые траты. Пятый блок КуАЭС не интересен Росатому еще и по этой причине.  Его достройка требует за короткий срок провести работы, требующие высокой квалификации исполнителей. Гораздо проще лить бетон в котлованы на новых площадках: денег много, сроки сдвигаются, а вместе с ними и ответственность за конечный результат.

В заключение обращусь опять к авторитету Доллежаля, который в одном из последних интервью сказал: «Мне кажется, люди в XX веке по сравнению с теми, кто жил в XIX, стали хуже. Что такое "порядочность", никто уже толком не скажет, а прежде это было самое важное требование к человеку».  Нельзя допустить, чтобы в 21 веке это требование исчезло окончательно.