proatom.ru - сайт агентства ПРоАтом
Журналы Атомная стратегия 2017 год
  Агентство  ПРоАтом. 20 ЛЕТ с атомной отраслью!              
Навигация
· Главная
· Все темы сайта
· Каталог поставщиков
· Контакты
· Наш архив
· Обратная связь
· Опросы
· Поиск по сайту
· Продукты и расценки
· Самое популярное
· Ссылки
· Форум
Журнал
Журнал Атомная стратегия
Подписка на электронную версию
Журнал Атомная стратегия
Атомные Блоги





Обсудим?!
На ГХК открытые бассейны с РАО засыпают грунтом. Ваше отношение?
Поддерживаю такой способ изоляции
Допускаю при научном обосновании
Нужно РАО извлекать, в емкости и в хранилище

Результаты
Другие опросы
Подписка
Подписку остановить невозможно! Подробнее...
Задать вопрос
Наши партнеры
PRo-движение
АНОНС
Вышла в свет книга воспоминаний Михаила Владимировича Шавлова. Авторитет инженера, технического специалиста был в то время в стране на самом достойном уровне, поэтому и страна развивалась высочайшими темпами.
PRo Погоду

Сотрудничество
Редакция приглашает региональных представителей журнала «Атомная стратегия» и сайта proatom.ru. Информация: (812) 438-32-77, E-mail: pr@proatom.ru Савичев Владимир.
PRo Рекламу

[27/10/2005]     Ядерная медицина сегодня – это преступление перед больными

И.Г.Машилова, заведующая отделением радиоизотопной диагностики Мариинской больницы г.Санкт-Петербурга

1982 год. Седьмой международный медицинский симпозиум в Карловых Варах. Главный радиолог Ленинграда Ирина Георгиевна Машилова представляет доклад об организации единой системы проведения радионуклидных исследований в г. Ленинграде. Такой чести она удостоена не случайно. Город на Неве занимал лидирующее положение по внедрению радиологических методов исследований в медицинскую практику.

Историческая справка:

Первая приспособленная радиологическая лаборатория появилась в Петербурге в 1957 году на месте сегодняшнего радиологического отделения Мариинской больницы. Она представляла собой маленький кабинет, в котором профессор-окулист Б.П. Калашников проводил лечение сетчатки глаза аппликаторами стронция. Это было сенсацией для того времени. Профессор не знал об опасных свойствах стронция, поэтому носил аппликаторы в портфеле. Каждый день ездил с ними в трамвае и хранил их у себя в кабинете в глазной больнице на Моховой.


Из биографии:
После окончания Ленинградского санитарно-гигиенического института Ирина Георгиевна Машилова работала врачом-радиологом санэпидстанции Дзержинского района г. Ленинграда, городской санэпидстанции, рентгеноцентра горздравотдела.
В 1978 году назначается главным радиологом Ленгорздрава.
В 1986 году отвечает за санпропускник всех приезжающих в Ленинград чернобыльцев.
С 1986 года по настоящее время возглавляет отделение радиоизотопной диагностики Мариинской больницы г. Ленинграда, являясь одновременно заместителем главного специалиста по медицинской радиологии Комитета здравоохранения Санкт-Петербурга.
Врач-радиолог высшей квалификации. Член Санкт-Петербургского общества ядерной медицины.

Историческая справка:

В середине 70-х годов радионуклидные методы исследований начинают широко внедряться в медицинскую практику. В Ленинграде инициатором и организатором по продвижению передового метода выступил Ленгорздравотдел. В 1976 году заведующий Ленгорздравотдела Василий Романович Прокофьев обратился за финансовой поддержкой в горисполком, тот дал команду институту «Ленгорпроект» разработать проекты строительства радиоизотопных лабораторий согласно рекомендациям министерства. В рамках программы предполагалось открыть 22 лаборатории, но до 1991 года успели построить лишь 11. Каждая из лабораторий имела статус городского диагностического центра, за которым закреплены районы обслуживания населения.


Сегодня та самая система, получившая высокое признание специалистов и успешно развивающаяся в других странах, в Санкт-Петербурге находится под угрозой полного разрушения. Именно так характеризует сегодняшнее состояние ядерной медицины И.Г. Машилова.

– Ирина Георгиевна, на чем основана ваша столь пессимистическая оценка происходящего в ядерной медицине?

– На реальных фактах. В настоящее время в Санкт-Петербурге среди главных врачей больниц наметилась очень опасная тенденция. Под разными предлогами они закрывают радиоизотопные диагностические лаборатории (РДЛ). Фактически прекратила функционировать РДЛ в госпитале ветеранов Великой Отечественной войны. На бумаге-то она существует. Но что толку? С сентября 2002 года госпиталь не заказывает радиофармпрепараты (РВП). А ведь там лежат пожилые больные, у которых вероятность возникновения онкологических заболеваний особенно высока.

В Покровской больнице новый главный врач Отари Гивиевич Хурцилава начал свою деятельность с того, что сократил в радиоизотопной лаборатории ставки двух врачей, вынудил уволиться инженера, обслуживающего гамма-камеру. И сейчас лаборатория в четыреста с лишним квадратных метра, оснащенная и гамма-камерой, и ренографом, и гамма-тиреоратиометром не работает вот уже второй месяц. Отари Гивиевич хотел бы закрыть лабораторию. Он даже обращался по этому поводу в Комитет здравоохранения Санкт-Петербурга. Но у него ничего не получилось.

– Почему?

– Существует приказ по Комитету здравоохранения № 432 от 29 сентября 1993 года, согласно которому главный врач не имеет права прекращать деятельность лабораторий, имеющих статус городского центра. Поэтому письмо Хурцилавы Комитет здравоохранения направил на согласование мне, как заместителю главного специалиста по радиологии. И я дала заключение, что закрывать лабораторию нельзя. Радиологическая лаборатория Покровской больницы – одна из лучших в городе. Является городским центром по сердечно-сосудистым заболеваниям, обслуживает три района Петербурга, детский диагностический центр, городской геронтологический центр, больницу № 15 и нефрологические центры города. Всего в 2002 году здесь было проведено более 6 тысяч исследований. Но Хурцилава продолжает свою политику и делает все, чтобы лаборатория не работала.

Та же печальная участь постигла и радиоизотопную лабораторию медсанчасти № 7. Лаборатория медсанчасти является почечным центром для больных всего Санкт-Петербурга. Но в последнее время туда почечных больных не направляют, потому что лаборатория как центр по почкам не работает. Новый главный врач городского онкодиспансера, которому недавно передали медсанчасть № 7, заступив на должность, первым делом спросил сотрудников лаборатории: «И сколько вам возмещает Фонд медицинского страхования за одно ренографическое исследование? Тридцать рублей? Меня эта цена не устраивает». Поэтому они у себя в больнице повесили объявление на дверях лаборатории, что больным необходимо доплачивать за исследования такую-то сумму. Но это же противозаконно! Это прямое нарушение приказа № 432 Минздрава России. Главные врачи делают, что хотят, их абсолютно не интересуют проблемы больных. Просто ужасно, поветрие какое-то пошло на закрытие лабораторий.

– Видимо, главные врачи мыслят сугубо рыночными категориями: не желают работать в ущерб себе, хотят жить и развиваться?

– А больные не хотят жить?! Вы знаете, сколько стоит исследование одного гормона? От 150 и выше. А больному, как минимум, нужно пройти исследование четырех. Где пенсионеру, учителю взять такие деньги?

В области положение еще хуже. Больные Ленинградской области, нуждающиеся в радиологических исследованиях, не включены в систему ОМС. Я считаю, отношение к областным больным со стороны руководителей областного Комитета здравоохранения – это преступление, которое совершается ради денег. Извините, но другого слова я подобрать не могу. Все больные, независимо от их места жительства, должны быть включены в систему ОМС. Двух мнений на сей счет быть не должно. В Петербурге четыре радиодиагностических центра, где худо ли бедно горожане могут обследоваться. В области и этого нет. Здесь даже нет главного радиолога, кто бы курировал и развивал это направление. Поэтому планы, которые написаны на бумаге, не осуществляются. Планировалось на базе областной онкологической больницы открыть современное радиологическое отделение, оснащенное аппаратурой для лучевой терапии и так называемыми «активными» койками. И что же? Радиологический корпус вошел в строй, а радионуклидной лаборатории и «активных» коек в нем нет.

В качестве справки:

На «активных» койках больные проходят курс радионуклидной терапии в режиме закрытого клинического стационара.
При некоторых формах злокачественных образований, например, при отдаленных метастазах дифференцированного рака щитовидной железы, радионуклидная терапия является единственно эффективным методом лечения. За последнее время с хорошим результатом, а в ряде случаев с полным исчезновением метастазов рака щитовидной железы, пролечены десятки тысяч больных в крупных медицинских центрах США, Японии, Европы и других стран. Широко используется метод радиоизотопной терапии в лечении метастазов в печени, в легких, рака почки, предстательной железы. В нашей стране несколько «активных» коек имеется только в медицинском центре в Обнинске, куда едут больные со всей страны.


– Где же выход, Ирина Георгиевна?

– Для начала необходимо срочно пересмотреть для ОМС стоимость единицы радиологического измерения. Еще в середине 90-х годов я разработала шкалу стоимости радиологических процедур, эквивалентную единице измерения – это 30 рублей. Эту стоимость ОМС возмещает больницам. Но разве она эквивалентна затратам! Цены с тех пор вон как скакнули, особенно после дефолта 1998 года. Мною направлено несколько докладных записок на имя председателя Комитета здравоохранения с просьбой увеличить стоимость единицы радионуклидного исследования с учетом уровня инфляции и реальных затрат. Но Комитет к моим просьбам глух. А за его бездействие расплачиваются больные.

– Какую сумму, с вашей точки зрения, должен возмещать ОМС медучреждениям за единицу радиологического измерения?

– Как минимум 150 рублей.

– А как обстоит дело с закупкой радиофармпрепаратов для радиолабораторий? Их тоже медицинские учреждения закупают за свой счет?

– В основном, за свой. Стоимость наборов препаратов для радиоиммунологических исследований ОМС возмещает в размере 60 рублей за одно исследование, а его реальная стоимость примерно 130. Препараты-проводники, которые доставляют радиофармпрепараты в нужный орган, ни бюджет, ни ОМС вообще не компенсирует медучреждениям. Закупать их нужно в Москве.

Комитет здравоохранения оплачивает из бюджета только радиоизотопы, меченные йодом-123-м и технецием-99-м, которые изготавливает Радиевый институт имени В.Г. Хлопина. Между прочим, Петербург – первый город в России, который пошел на то, что стал оплачивать институту по специальному договору производство йода-123 и технеция-99. Это нововведение снизило дозу облучения больных в 50-100 раз.

Историческая справка:

В 1988 году к Ирине Георгиевне пришел из Радиевого института им. В.Г. Хлопина доктор ф.-м. наук Ю.А. Селицкий. Юрий Аркадьевич сообщил, что в связи с созданием и пуском циклотрона МГЦ-20 в институте появилась возможность наработки радиоактивного йода-123. Применение этого изотопа в медицине, сказал он, значительно сократит дозу облучения как больных, так и обслуживающего персонала, не будет необходимости закупать йод-131 в Москве. Юрий Аркадьевич так увлек Ирину Георгиевну своими идеями, что через несколько дней на стол руководителя Комитета здравоохранения Г.А. Зайцева легло письмо за ее подписью о необходимости закупок у Радиевого института нового радиофармпрепарата. Геннадий Алексеевич Зайцев, ознакомившись с письмом, наложил на него резолюцию: «Это нужно сделать». Вскоре из бюджета города поступили 200 тысяч рублей на закупку у Радиевого института короткоживущих радиофармпрепаратов йода-123 и эллюата технеция. А Юрий Аркадьевич Селицкий, будучи тяжело больным, словно чувствуя, что ему отпущено немного времени, очень спешил получить разрешение от Минздрава на выпуск радиофармпрепарата. Он успел это сделать. Вскоре профессора не стало. А дело его живет, возвращая здоровье тысячам людей.


– Ирина Георгиевна, в новом году бюджетное финансирование этих радиофармпрепаратов сохранится?

– Я очень надеюсь. Каждую осень борюсь за то, чтобы эта строчка в бюджете осталась. Но чего это стоит!

В августе по вине некоторых чиновников Смольного создалась критическая ситуация с поставкой этих радиофармпрепаратов. Договор с институтом Комитет здравоохранения в течение шести месяцев не подписывал. Все это время Радиевый институт поставлял бесплатно фармпрепараты больницам. Председатель Комитета по экономике С.Ю. Ветлугин заявил: «Почему только Радиевый институт поставляет фармпрепараты? Есть другие институты, у которых можно их закупать?» Но он не понимает, что привезти йод-123 из Москвы невозможно, так как период полураспада этого изотопа очень короткий. Мы не фармпрепарат, а святую воду из Москвы в Питер привезем. И все-таки я отвоевала тогда договор.

– Каким образом?

– От имени членов общества ядерной медицины Санкт-Петербурга обратилась с письмом к полномочному представителю Президента РФ по Северо-Западному округу В.И. Матвиенко, к председателю постоянной комиссии по здравоохранению и экологии Законодательного Собрания А.А. Редько. Благодаря депутату Редько, наше письмо легло на стол губернатора, и вопрос, не решаемый в течение шести месяцев, был решен за два дня.

– Ирина Георгиевна, не секрет, что среди некоторой части медицинских работников бытует мнение, что радиологические исследования с успехом могут заменить УЗИ, компьютерная томография?

– Опасное заблуждение. Научно доказано, что наиболее полную и точную картину болезни дает радионуклидная диагностика. Она позволяет выявлять нарушения в функционировании органов задолго до появления анатомических изменений, когда еще возможно щадящее лечение тяжелых заболеваний. К тому же, при радиологических исследованиях организм подвергается значительно меньшему облучению. Радиологическая аппаратура гораздо экономичнее томографов, УЗИ.

В качестве справки:

Количество ядерно-медицинских процедур (терапевтических и диагностических) в США – 52 пациента на 1 тыс. населения в год, в Канаде – 47, в Японии – 48, в Великобритании – 39, в России – менее 7 человек на 1 тыс. населения в год.


– Чтобы проводить исследования на современном уровне, нужна современная техника. Каков уровень оснащенности ею радиологических лабораторий?

– Очень низкий. Вся аппаратура выработала свой ресурс. Она требует замены. Основная аппаратура, на которой работают наши лаборатории, – это гамма-камеры, ренографы, гамма-тиреоратиометры. Они «дышат» только за счет того, что рядом есть инженеры-умельцы, которые их все время латают.

Особо хочу остановиться на радиоиммунологических исследованиях. Сегодня они проводятся на базе четырех городских радиологических центров, где больные обслуживаются бесплатно. Количество их постоянно возрастает, а цены по ОМС не индексируются. Для исследований эндокринных больных необходимо приобрести гамма-радиоиммунологические счетчики и препараты, которые должны закупаться не за счет лечебного учреждения, а за счет бюджета, как это делается в Москве. Как радиолог, хочу подчеркнуть, что радиоиммунологические исследования не сопровождаются облучением больного, это самый точный и экономичный на сегодняшний день метод.

Вся аппаратура для этих исследований импортная, чтобы ее заменить, требуются огромные деньги, особенно на замену гамма-камер. Одна гамма-камера стоит три миллиона рублей. Но выход из этого положения нами найден.

– И какой?

– Необходимо установить во всех гамма-камерах установку «Сцинти-Про». За счет ее работа этих гамма-камер продлится на пять-семь лет. К этому времени подоспеет отечественная гамма-камера, разработанная питерским институтом НИИЭФа. Стоимость «Сцинти-Про» для всех гамма-камер меньше стоимости одной гамма-камеры – 2 миллиона 610 тысяч 330 рублей. Десятилетний опыт эксплуатации этих систем в научно-исследовательских институтах Санкт-Петербурга подтвердил их высокую надежность и программную мощность. Специалисты фирмы, поставляющие «Сцинти-Про», согласны обслуживать установки. Я приложила договор с этой фирмой к докладной записке, направила ее в Комитет здравоохранения Петербурга. Но пока ответной реакции нет.

– Каковы последствия затягивания этого вопроса?

– Гамма-камеры просто перестанут работать.

– Но они пока работают. И это, по-видимому, всех успокаивает?

– Некоторые гамма-камеры уже вышли из строя, например, в больнице № 4 имени Святого Георгия. Здесь не могут проводить исследования, в том числе исследования костей. А это очень важно. Онкология очень часто дает метастазы в кости. Диагностика костей длительная. Занимает много времени и можно только на гамма-камере узнать, пошел процесс дальше или нет.

В качестве справки:

Из 300 лабораторий радионуклидной диагностики в России, 27 не имеют ни гамма-камер, ни гамма-томографов, 36 оснащены только устаревшими моделями гамма-камер, и только 21 лабораторию можно считать нормально оснащенной. При этом свыше 80% гамма-камер эксплуатируются 10 и более лет и нуждаются либо в радикальной модернизации, либо в полной замене. В настоящее время общая потребность учреждений здравоохранения РФ в гамма-камерах и гамма-томографах составляет не менее 300 штук.


– С развитием каких технологий вы связываете будущее ядерной медицины?

– С позитронными эмиссионными томографами – ПЭТами. Это уникальный метод, который фиксирует все анатомические изменения в тканях, вплоть до рецепторов-экстрагентов, которые вызывают шизофрению и депрессивные состояния. В Петербурге, насколько мне известно, ПЭТ имеет только Центральный научно-исследовательский рентгенорадиологический институт на Песочной да Институт мозга. Но я вижу развитие ПЭТ-диагностики в создании общегородского центра, в состав которого должен войти Радиевый научно-исследовательский институт, который будет поставлять ультра-короткие изотопы для томографа, и больница № 31.

В качестве справки:

В США на сегодняшний день функционирует 300 ПЭТ-центров. В России – 3 (2 – в Петербурге, 1 – в Москве). По оценкам специалистов, использование самой современной высокой технологии в ядерной медицине – метода ПЭТ – требует организации ряда ПЭТ-центров из расчета 1 центр на 1,0-1,5 млн человек населения.


Легче всего истолковать позицию заведующей радиоизотопным отделением Мариинской больницы г. Санкт-Петербурга Ирины Георгиевны Машиловой как узковедомственную, а саму Ирину Георгиевну представить как лоббиста интересов своих коллег-радиологов. Да, она лоббирует их интересы. Но во благо кого? Нас с вами.

Как человек широкого профессионального кругозора, Ирина Георгиевна тонко чувствует направление современной научной мысли, а как практикующий врач видит результаты применения радионуклидных методов в лечении и диагностике многих заболеваний, в том числе и таких, которые никаким иным путем вылечить и диагностировать нельзя.

Она, конечно же, не хуже чиновников Минздрава понимает, что в основе нынешней ситуации лежат глубокие проблемы всей отечественной медицины, уже не бюджетной, но еще не страховой и не частной. Но у нее есть главный приоритет – больной, которому она каждый день смотрит в глаза, несет перед ним ответственность. Больной, которому нужна помощь не завтра, а сегодня, сейчас. А у нашего государства такой приоритет есть?


P.S. Как стало известно редакции, сейчас в Петербурге по инициативе Комитета здравоохранения создается специальная комиссия, которая проведет обследование всех радиоизотопных лабораторий города. В ходе проверки членам комиссии предстоит ответить на вопрос, нужна Петербургу радиоизотопная диагностика или нет. От ответа на этот вопрос зависит, будет ли разработана в Петербурге программа развития радионуклидной диагностики на предстоящие десять лет, а также будет ли возобновлено применение метода лучевой терапии открытыми радиоактивными веществами, которые, кстати, прежде применялись в ЦНИРРИ и Институте акушерства и гинекологии. Ирина Георгиевна Машилова тоже включена в состав комиссии.

***

Мы позвонили в некоторые из лечебных учреждений Петербурга, чтобы выяснить, как обстоят в них дела с радиологическими исследованиями.

В Санкт-Петербургском городском онкологическом диспансере нам подтвердили, что с 20 марта 2003 года вступил в силу приказ главного врача на доплату услуг радиоизотопной лаборатории. Согласно прейскуранту цен, за две единицы исследования больной, находящийся в системе ОМС, доплачивает 279 рублей. С введением платных услуг количество радиоизотопных исследований в онкодиспансере не просто уменьшилось, а катастрофически упало.

Заведующая радиологическим корпусом Санкт-Петербургской областной клинической больницы Т.В. Харлак пояснила, что по первоначальному проекту в радиологическом корпусе, который открылся год назад, планировалось построить помещения под гамма-камеры и два помещения для радиометрических исследований. Однако из-за недостатка финансирования в 1999 году произошла корректировка проекта. Поэтому сейчас больница проводит для онкобольных только лечение с помощью дистационной лучевой терапии. Лечение же «активными койками», по словам Т.В. Харлак, никогда не планировалось проводить. Этот метод, основанный на ручном введении в организм пациента радиофармпрепаратов, по ее мнению, устарел. ("Интересно, а как же тогда опыт радиологов г. Обнинска и многих клиник мира, которые успешно лечат злокачественные новообразования на тех самых «активных койках» жидкими радиоактивными веществами J-131", – так прокомментировала И.Г. Машилова последние слова Т.В. Харлак).

Журнал «Атомная стратегия» № 8, декабрь 2003 г.  

 
Связанные ссылки
· Больше про Здоровье
· Новость от PRoAtom


Самая читаемая статья: Здоровье:
Отравление «тяжелыми металлами»: вовремя распознать, чтобы успешно вылечить

Рейтинг статьи
Средняя оценка: 4.5
Ответов: 4


Пожалуйста, проголосуйте за эту статью:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

опции

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

"Авторизация" | Создать Акаунт | 1 Комментарий | Поиск в дискуссии
Спасибо за проявленный интерес

Re: Ядерная медицина сегодня – это преступление перед больными (Всего: 0)
от Гость на 03/01/2009
Вот какая она нищая Россия.


[ Ответить на это ]






Информационное агентство «ПРоАтом», Санкт-Петербург. Тел.:+7(812)438-3277
E-mail: info@proatom.ru, webmaster@proatom.ru. Разрешение на перепечатку.
За содержание публикуемых в журнале информационных и рекламных материалов ответственность несут авторы. Редакция предоставляет возможность высказаться по существу, однако имеет свое представление о проблемах, которое не всегда совпадает с мнением авторов Открытие страницы: 0.07 секунды
Рейтинг@Mail.ru